Читаем Полигон 1-4 полностью

Комбайн господина Матиаса де Лонгвиля состоит из двух секций. Одна секция представляет собой сиденье для господина Лонгвиля, а другая - средних размеров руль с оранжевым штырем, на который обычно надевают руль.

Господин этот любит свой комбайн и рано или поздно сделает свою первую попытку: выйдет в поле, внимательно проверит руль и, поправив штырь, вскочит на сиденье и лихо помчится по полям и лесам.

* * *

Спасательный круг пошел ко дну, капитан же ко дну не пошел, а отпустил вовремя спасательный круг и поэтому остался на палубе. Все произошло так стремительно, что боцман не смог даже схватить брошенную коком лестницу, а только успел обиженно взглянуть на капитана, и пошел ко дну вместе с кругом...

Капитан смотрел на круги, расходившиеся от места исчезновения боцмана, потом на те круги, которыми он собирался оснастить опустевшую уже палубу, и позвал кока. После того, как явился кок, капитан высказал свои соображения по поводу таких кругов и попросил немедленно развесить все круги на свободные места. Кок схватил круги, но как только он попробовал их поднять, он ощутил всю капитанскую находчивость: изготовляя круги, капитан использовал очень высококачественный материал, и понимал, что он (кок) пойдет вместе с этим боцманом ко дну, потому что круги капитан сделал из высококачественного гранита, предварительно хорошо отполировав его и потом тщательно выкрасив.

* * *

Над бескрайними просторами Луны всходило солнце. Яркие лучи его упали на обширные плантации лунной пыли. Сторож зевнул, надел картуз на гермошлем, лежавший у него на ладони, и улыбнулся. Сторож числился здесь временно. Но известно, что нет ничего необычного во временном занятии такой полезной работой, как охрана плантаций пыли.

Вскоре сторожу захотелось проверить лунную пыль, и он, насвистывая, отработанным движением открыл дверь в чулан. Там лежал его старый верный гермошлем, окрашенный в металлический цвет. Весь чулан был освещен ярким фонариком, висевшим под кроватью, стоящей на высоком столе на одной ножке и тихо поскрипывающей на сквозняке. Сняв фонарик, сторож вышел из чулана на улицу. На улице было тихо и тепло. Пыль была в полном порядке.

* * *

Подводный каток шел к цели своего рейда, уверенно огибая скопления маленьких светящихся подводных рыбок. За катком оставался идеально ровный и длинный след. Дно было ровное, гладкое, сулящее экипажу катка много-много добычи. Добыча эта представляла собой устриц внушительных габаритов, которые беспорядочно разбегались от настигающего их катка. Но не так-то просто было настигнуть проворных устриц! Хотя и внушительные, они обладали весьма неплохими гидродинамическими характеристиками, предоставлявшими им обширные возможности.

* * *

Мощный поток кипятка обрушился на зазевавшегося повара. Повар не заметил, что поток этот шел из круглого титана, сработанного тульскими умельцами. Но теперь было не интересно, кем сработан этот круглый титан. Во всяком случае, повару было очень грустно - ведь кипяток обварил ему даже голову, повергнув тем самым его в глубокое уныние. "Надо было идти в сантехники, там хоть вода не такая горячая..." - думал ошпаренный повар.

* * *

На этот раз все обошлось - тихий свист разбудил меня вовремя. Отскочивший от дремавшего на небольшой скамейке крота кусок мелодично звякнул и раскололся. Я быстро вскочил и бросился надевать штаны из синего плюша. Кроты подождут...

Надо скорее включить душ в кухне и немедленно налить полную кухню воды, тогда можно будет всех кротов посадить в лодку и пустить ее в дальний путь. Лет через пятнадцать она пойдет ко дну... Душ тогда можно будет покрасить, а вот штаны - уже все...

Тихий свист больше не разбудит меня поутру...

* * *

По аллее кто-то шел. Хмурый день располагал к тому, чтобы кто-то шел по этой аллее. Сумерки сгущались все сильнее, и над домами уже висел серебряный дирижабль. Все, казалось, было так, как в те далекие времена - летней ночью, лет семь назад все было так же: и лунный свет, и серебряный дирижабль искрился так же под ним... Все было так.

* * *

(Письмо домой из сумасшедшего дома.)

На кухне у нас находятся различные полезные вещи, такие уж мы от природы запасливые. Вот вчера мы принесли еще один стол, который теперь тоже стоит на кухне. На столе у нас лежит коробка, обнаруженная нами в прошлый четверг на чердаке. Она хоть и не слишком большая, но достаточно тяжелая, потому что сделана из вольфрама. Мы нашли ее очень удобной для того, чтобы хранить в ней наши орехи, которые мы любим колоть этой коробкой.

А еще у нас есть кастрюли, самые большие из них стоят на полу у окна, и в них растут пальмы. Так как пальмы - растения влаголюбивые, мы часто окунаем их в ванну.

Газовая плита, стоящая рядом с новой электрической, сделана очень добротно, поэтому она выдерживает даже сильные механические лебедки, которые закреплены на ней. Эту плиту мы держим в образцовом порядке.