Читаем Полет души полностью

Джун закатила глаза: не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: он пытается ее разозлить…

Оглянувшись, она увидела разросшуюся толпу, с интересом наблюдавшую за происходящим, и настроение у нее окончательно упало. Ну вот, она сама стала зрелищем — в дополнение к дельфину.

— Робин, пожалуйста, удалите отсюда всех, — распорядилась Джун, стараясь, чтобы голос ее звучал как можно спокойнее.

Робин словно проснулся.

— Хорошо, миз Джун, — заторопился он. — Я сделаю это, прямо сейчас. Только не позволяйте ему взять эту рыбину. Не забудьте, без нее у нас не будет шоу. А не будет шоу — не будет денег. Не будет денег… — Он горестно покачал головой и отправился выполнять указание Джун.

Когда Джун повернулась к Бретту, она заметила, что он смотрит на нее с любопытством. Пусть смотрит сколько угодно, на здоровье, решила она. Такие штучки на меня не действуют.

Джун знала правила деловых игр, знала, как работает личное обаяние делового партнера. И ей очень не нравилось, когда подобные приемчики пытались использовать на ней.

— Почему мы не можем пройти в контору и поговорить как два деловых человека? — спросила Джун с легким высокомерием, стараясь игнорировать тот факт, что с ее мокрой одежды уже натекла лужица.

Бретт усмехнулся.

— Вообще-то, если вы не заметили, миз Джун, — проговорил он, передразнивая Робина, — я не похож на бизнесмена. И это не деловые переговоры. Я передал вашему сотруднику письмо, согласно которому этот дельфин — мой. Вот, собственно, и все. — С этими словами Бретт снова скользнул в бассейн и потянулся к пластмассовому ведру.

Джун направилась к нему, на этот раз внимательно глядя себе под ноги.

— Что вы говорили о дельфине, хлорированной воде и о обесцвеченной коже?..

— Я сказал: то, что вы делаете с этим дельфином, бесчеловечно и жестоко. Он существует в этом мире вовсе не для того, чтобы увеселять нас с вами. Вам бы понравилось жить в большом ящике, изо дня в день видеть одни и те же стены и есть одну и ту же паршивую еду?

Как раз в этот момент Найси высунул голову из воды и получил очередную живую рыбку. Сердце Джун сжалось, когда она увидела синяки на голове дельфина. И вдруг она осознала: ведь Бретт думает, что именно она все время управляла этим парком.

— Лично я ничего не сделала этому дельфину, потому что…

— Но вы же владелица этого парка и всего, что в нем имеется? — перебил он.

— Не совсем. Я просто унаследовала его от своего отца, Майлза Свенсона. Я даже не знала, что он владел всем этим. Более того, до последнего времени не представляла, где он живет и жив ли вообще.

Зачем я ему все это говорю? — удивленно подумала Джун, но все же продолжала:

— Во всяком случае, я приехала только сегодня, и Робин сказал, что кто-то хочет украсть нашу большую рыбу.

Губы Бретта искривились в усмешке, и Джун поторопилась добавить:

— Знаю, знаю, дельфин — не рыба.

Бретт протянул руку к Найси: хотел до него дотронуться, но тот уклонился. Еще одна рыбка заставила дельфина подплыть ближе, но на этот раз Бретт не пытался коснуться его.

Джун поняла: этот покровитель дельфинов снова погрузился в свою стихию, а она предана забвению. Будь у нее хоть капля гордости, она повернулась бы и ушла, расправив мокрые плечи. Но, к сожалению, любопытство вытеснило те малые крупицы самоуважения, которые ей удалось собрать.

— А что вы собираетесь с ним делать? — спросила Джун после неловкой паузы. Нужно бы переодеться в сухое, подумала она, но как уйдешь, если он считает, что эта рыбина — тьфу, дельфин! — мучается из-за меня?

— Я должен заново научить его ловить живую рыбу и жить в дикой природе. Найси привык зависеть от людей. Но он снова должен стать дельфином.

Джун задумалась. И в самом деле: что же Найси видит? Белые стены бассейна. Ноги Бретта. И все. У нее сжалось сердце.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила она.

Бретт тряхнул головой, и солнечные брызги посыпались с его мокрых кудрей.

— Можете. Оставьте нас с Найси вдвоем. Это будет самое лучшее.

Он даже не поблагодарил ее за предложение, не взглянул на нее, а снова потянулся к дельфину. Но тот опять ускользнул от него.

— Не очень-то вы любезны, — заметила Джун. — Но могу я задать вам еще один вопрос, последний? — И, не дожидаясь ответа, спросила: — Чем вы зарабатываете на жизнь? Мне кажется, работа в обществе охраны животных не оплачивается.

— Я состою в секции защиты дельфинов. Это действительно неоплачиваемая работа. Я езжу по разным запущенным паркам и занимаюсь освобождением содержащихся в них дельфинов.

— По запущенным паркам? Разве этот парк можно назвать запущенным?

— Если речь идет о дельфине — да. Как обращаются здесь с другими животными, не знаю, — твердо заявил он.

Джун огляделась: краснеть ей вроде не за что. Парк выглядел хорошо ухоженным, хотя и старым.

— Значит, вы считаете моего отца жестоким или легкомысленным человеком? — с обидой спросила она, собираясь уйти и прервать наконец этот унизительный для нее разговор.

Но, к ее удивлению, Бретт повернулся к ней и серьезно, без тени насмешки, сказал: