Читаем Полдень в пути полностью

Полдень в пути

Мир молодой, как небо на заре.Встречал меня на той полугоре.И, книжным словом не оскорблена,Чернела леса дальняя стена.И созданная заново росаГордилась тем: росу пила оса.И шепоты властительные трав,В свое дыханье мощь земли вобрав,Вступали в спор с могучею осой,Был у осы граненый глаз косой.Казалось, шепчет мне полугораМильоном уст: тебе устать пора.Я сел на пень. Я вспомнил жизнь свою.Я унижать ее не устаю.Разменивать на мусор малых дел,Как будто не поставлен ей предел.И, может быть, уж вся она за мной,Как этот холм перед лесов стеной.И объяснить я должен муки всеНемедля — курослепу иль осе.Кому еще? Я вспомнил город твой,—Ты спишь еще, и сон над головой,Закрыты ставни. Улица гремитЖелезом всех сомнений и обид.Ты спишь еще. Еще твоей рукойВладеет жизни комнатный покой.Ты — легкая, не знавшая родов,Ты — вольная в неволе городов,Ты тихо спишь — и, как у статуй ровно,Твои глаза глядят еще условно!

«Был майский день, но ветер шел с залива…»

Был майский день, но ветер шел с заливаИ вел туман, и ставил на холмы,Как будто бы из мглы неторопливойЯвлялось мне видение зимы.На старый снег похожи стали воды,Свинцовостью мерцая снеговой,Но не было мне дела до природыИ до ее поруки круговой.Лишь потому мне и приснился буер,В глубокий снег ушедший до плеча,Что только ты всей образною бурейМоих стихов владела в этот час.И, твоему покорен самовластью,Стал буер яхтой, легкою, как дым,И он прошел, как скромный вестник счастья,Прорезав сердце килем ледяным.То не был сон, что путал время года,Но дальний плеск одной волны родной,Туман исчез, весенняя природаС твоей улыбкой встала предо мной.

«Как след весла, от берега ушедший…»

Как след весла, от берега ушедший.Как телеграфной рокоты струны,Как птичий крик, гортанный, сумасшедшийПрощающийся с нами до весны,Как радио, которых не услышат,Как дальний путь почтовых голубей,Как этот стих, что, задыхаясь, дышит,Как я — в бессонных думах о тебе.Но это все одной печали росчерк,С которой я поистине дружу,Попросишь ты: скажи еще попроще,И я еще попроще расскажу.Я говорю о мужестве разлуки,Чтобы слезам свободы не давать,Не будешь ты, заламывая руки,Белее мела, падать на кровать.Но ты, моя чудесная тревога,Взглянув на небо, скажешь иногда:Он видит ту же лунную дорогуИ те же звезды, словно изо льда!