Легенды

ПРЕДИСЛОВИЕ

Перевод Н.И. Виленской.

© Перевод. Виленская Н.И., 1999.

Перед вами книга чудес и видений — одиннадцать сочных, полнокровных историй, созданных самыми известными и заслуженными авторами, работающими сегодня в жанре фэнтези. Каждая из них происходит в той самой воображаемой вселенной, которая прославила своего автора на весь мир.

Фэнтези — это старейшая ветвь фантастической литературы, ровесница человеческого воображения. Легко представить себе, что тот самый артистический импульс, который создал наскальные росписи Альгамиры и Шове пятнадцать, двадцать, а то и все тридцать тысяч лет назад, мог породить удивительные истории о богах и демонах, о талисманах и заклинаниях, о драконах и оборотнях, о чудесных землях за горизонтом — истории, которые одетые в шкуры колдуны рассказывали восхищенным слушателям у костров Европы ледового периода. То же самое происходило в знойной Африке, в доисторическом Китае, в древней Индии, в обеих Америках тысячи, если не сотни тысяч лет назад. Мне нравится думать, что этот сказительный импульс универсален и что сказочники существовали с тех самых пор, как люди стали называться людьми. Сказочники, которые на всем долгом пути нашей эволюции посвящали свой ум, талант и энергию созданию самых невероятных чудес.

Мы, разумеется, никогда не узнаем, что рассказывали кроманьонские сказочники в морозные ночи своей древней Франции — но наверняка в их историях содержалось немало фантастики. В пользу этого свидетельствуют наиболее старые истории, которые дошли все-таки до наших дней. Пели определить фэнтези как литературу, описывающую мир, лежащий за пределами обыденной реальности, и борьбу человека за освоение этого мира, — тогда древнейшей фантастической историей, дошедшей до нас, следует считать шумерский эпос о герое Гильгамеше, датируемый 2500 годом до н.э., потому что Гильгамеш ищет бессмертия.

Гомерова «Одиссея» изобилует существами, меняющими облик, колдунами, волшебницами, циклопами и многоглавыми людоедами — как и многие другие греко-римские предания. Приближаясь к нашим временам, мы встречаем страшное чудовище Гренделя из англосаксонского «Беовульфа», змею Мидгард, дракона Фафнира и апокалиптического волка Фенриса из норвежских саг, злосчастного, ищущего бессмертия доктора Фауста из немецкой легенды, сонмы чародеев из «Тысячи и одной ночи», небывалых героев валлийского «Мабиногиона» и персидского «Шахнамэ» и бесконечное количество других странных созданий.

Импульс творить в своем воображении чудеса не исчез и в минувшем веке, в эпоху микроскопов и телескопов, паровых машин и железных дорог, телеграфа, фотографии и электричества. Наша завороженность небывалым и небываемым ничуть не уменьшилась из-за того, что многие вещи, считавшиеся прежде невозможными, стали вдруг реальными. Разве это не фантастика — слышать целый симфонический оркестр с тонкого грифельного диска? Или говорить в аппарат, который передает твои слова за десять тысяч миль? Однако тот же век, что подарил нам изобретения Томаса Альвы Эдисона и Александра Грэхема Белла, дал нам две несравненные повести Льюиса Кэрролла о приключениях Алисы в иной реальности, бесчисленные романы Райдера Хаггарда о потерянных цивилизациях и «Франкенштейна» Мэри Шелли.

Даже двадцатый век — век воздушных перелетов, атомной энергии, телевидения и компьютеров, когда хирурги оперируют на открытом сердце и меняют пол человека, не убил в нас вкуса к чудесному. Авторы машинной эры — Дж.Б. Кэбелл, А. Меррит, лорд Дансени, Э. Эддисон, Мервин Пик, Фрэнк Баум, Г. Лавкрафт, Р. Говард и Дж. Толкин — если ограничиться перечнем наиболее видных — щедро снабжали мир чудесными историями.

Впрочем, одна перемена в двадцатом веке все-таки произошла — стала расти популярность научной фантастики, которая с удивительной изобретательностью заставляет невозможное или по крайней мере невероятное казаться реальным. С развитием этой отрасли, порожденной больше ста лет назад Ж. Верном и Г. Уэллсом и продолженной такими писателями, как Р. Хайнлайн, А. Азимов и О. Хаксли, «чистая» фэнтези (то есть фантастика, которая не пытается объяснять свои чудеса) стала считаться чтением для детей, вроде мифов и волшебных сказок.

Старейшая ветвь фантастики, разумеется, не исчезла полностью, но пережила почти пятидесятилетний период затмения — по крайней мере в Соединенных Штатах. Для читателей, состоящих в основном из мальчиков и серьезных молодых людей, интересующихся наукой и техникой, издавалось множество научно-фантастических журналов. Единственным американским журналом, печатавшим то, что мы определяем как фэнтези, был «Уэйрд Тэйлз», основанный в 1923 г., И в нем помещались также произведения, которые мы сегодня к фэнтэзи не относим — например, рассказы ужасов.