Читаем ПОКОЛЕНИЕ «NET» полностью

На ее взгляд в столь поздний час на участке было очень много народа. Люди толкались, пытаясь соблюсти тайну голосования в кабинках, больше напоминавших современные будки для моментального фото. Занавеска, за которой находился стол и ручки, едва прикрывала находящемуся в кабинке человеку колени. Это противоречило телевизионной рекламе, оплаченной партией «Единая Россия» с целью привлечь молодежь на выборы: в ролике парень с девушкой занимались сексом прямо в кабинке для голосования, что им чрезвычайно нравилось[24]. Ради такого, по смыслу ролика, стоит прийти и проголосовать. Однако в кабинках на Юлином участке сексом заняться бы не получилось, да и не слишком хотелось.

— Опять обманули, — пробормотала девушка, но довести свое возмущение до Тимофея она не успела. Подошла ее очередь получать бюллетень.

— Добрый день, — не отрывая глаз от списков избирателей, поприветствовала ее член избирательной комиссии. — Паспорт, пожалуйста?

Юля протянула паспорт в обложке, на которой был изображен Ёжик в Тумане. Взгляд девушки упал на списки, в которых дама за столом нашла ее имя и фамилию. В этом году голосование проходило по экспериментальной схеме: столы разделялись не по номерам домов в районе, а по алфавиту. Вписывать приходилось не только паспортные данные, но и сличать адрес прописки с тем, что был указан в соответствии с избирательным списком.

— Распишитесь, — скомандовала женщина, протягивая ей ручку. Юля быстро проверила, все ли данные внесены верно. Рядом с ее собственной фамилией на следующих строчках значились данные ее родителей, много лет живущих за границей и не принимавших участие в голосовании на этом участке. Юля с облегчением отметила, что напротив их имен никаких пометок поставлено не было, значит, их голоса еще никто себе не присвоил. Все ее семья шла подряд, под одной фамилией и значилась проживающей в доме номер 6, в квартире 90. Это был небольшой дом, где их апартаменты шли последними по счету, выше них жильцов не было. Однако в списке, к удивлению Юленьки, стояло указание на какого-то человека, проживающего в их доме, в квартире 90 «а». Юля в шоке несколько минут смотрела на список перед собой. Кто-то прописан на их чердаке?

Тетка из избирательной комиссии многозначительно откашлялась, возвращая Юлю к реальности. Ее толстый палец указал на графу для подписи, которую девушка, все еще размышляя о несуществующей квартире, поставила автоматически. Удовлетворившись полученной закорючкой, дама выдала ей 2 бюллетеня — для голосования за кандидатов в петербургское законодательное собрание и в Государственную Думу в Москве. Юля свой выбор давно сделала, теперь хотелось поставить «галочку».

Девушка, сжимая в руках бланки для голосования, юрко протискивалась между очередями, стоящими в направлении других столов. Взгляд зацепился за дремлющую у урны для голосования бабушку, на вид ей было лет 85, не меньше. Глаза у старушки были закрыты, худая грудь с бейджиком «наблюдатель» медленно вздымалась. Юля отметила, что в качестве контролирующей стороны бабуля была более чем бесполезна. Оглянувшись в поисках других наблюдателей, она никого не увидела.

— Одна бабушка на участке? — почти в ужасе прошептала Юля. — Это же бред какой-то…

Через минуту второй наблюдатель все-таки нашелся — тощий, сгорбленный паренек с рыжими волосами, забито стоявший в дальнем углу помещения. Он пытался следить за порядком, но получалось у него не очень, ведь он даже не передвигался по залу. Юля наградила его осуждающим взглядом, под которым он съежился окончательно. Идиот, чего стоять-то? Парочка наблюдателей на участке была невероятно колоритной. Такие герои любую фальсификацию остановят, если осмелятся, конечно, или когда проснутся.

Девушка не слишком заботилась о сохранении тайны голосования, даже наоборот, ей хотелось, чтобы все знали, за кого она отдает свой голос, а вернее, за кого она его не отдает. Однако Юля все-таки вошла в кабинку и, вытащив собственную ручку (ходили слухи, что для фальсификаций в ручках, лежащих на избирательных участках, использовались исчезающие чернила), поставила крест в нужном квадрате на обоих бланках, как можно дальше от строчки, указывающей на партию «Единая Россия». Подумав немного, девушка снова взялась на ручку и, рядом со своим крестиком, написала, чтобы никто не мог поставить под сомнение ее выбор, фразу «только за выбранную партию». Ни то чтобы крест в нужной клетке можно было интерпретировать, как голос за какого-либо другого кандидата, но с дополнительными комментариями было как-то спокойнее.

Свернув бюллетени несколько раз, Юля покинула кабинку для голосования и, молча, опустила их в непрозрачную урну, которая выглядел так, будто несколько раз попадала под бомбежку. Картонные стенки были склеены липкой лентой, на одном боку был прилеплен вырезанный из бумаги герб Российской Федерации. Урна вполне могла бы быть символом проходящих выборов: такая же нелепая.

— Все… — с чувством выполненного долга, Юля подошла к Тиму, потянув его к выходу. — Теперь твоя очередь. На участке бардак.