Читаем Похвала подлости полностью

Когда же эти люди стали докучать ему своими претензиями на награды за возведение его на престол, он велел их казнить. «Кто-то ужаснулся гниющими трупами, он (Вителлий. — Б. П., Е. П.) подбодрил его словами: «Хорошо пахнет труп врага, а еще лучше — гражданина» [95, с. 246].

Второй рейх. «Гугеноты нигде не находили спасения. Их дома были известны. Накануне была сделана перепись всем гугенотам. Вооруженные толпы врывались в дома и никому не давали пощады.

Ларошфуко, друг короля(курсив — Б. П., Е. П.), его любимец, с которым он еще вчера играл в мяч, был убит на пороге своей спальни. Он вышел отворять дверь своим убийцам, считая их посланными от короля. Та же участь постигла Телиньи, Гверши, Комона де-ла-Форса и многих других. Даже Лувр не представлял охраны для гугенотов. Из комнат короля Наваррского и принца Конде выводили на Луврский двор гугенотских дворян и беспощадно убивали их на виду короля, пригласившего их в Лувр и уверявшего в полной безопасности(курсив — Б. П., Е. П.). Напрасны были их мольбы о пощаде, напоминания о гарантиях. Король (Карл IX. — Б. П., Е. П.) из окна смотрел на убийство, подобно Нерону, созерцавшему объятый пламенем Рим, и молчал. Даже более. Видя бегущих мимо гугенотов, спасавшихся от смерти, он сам схватил ружье и выстрелил в них» [59, с. 6].

Третий рейх. Главная ставка Гитлера «Вольфшанце», представлявшая собой замкнутую систему крепостных сооружений, была спроектирована и построена с учетом новейших на тот период времени достижений науки, техники, технологии.

«Немецкие инженеры из организации Тодта и специально отобранные архитекторы закончили свои проекты вовремя. И так же вовремя ушли в мир иной: кто с помощью аварии элегантной автомашины; кто — от отравленного шампанского. После очередь дошла до узников из рабочих команд. В одной смене — пятнадцать тысяч человек.

Их постигла та же участь, что и египетских рабов, положивших последний камень пирамиды фараона. Их всех заставили замолчать, засыпав глиной в огромной могиле» [4, с. 246].

— «Новинкой Гейдриха в системе ликвидации евреев стала лично им разработанная схема, основанная на том, что евреев должны были уничтожать евреи же, специально отобранные для этой цели и действовавшие под надзором немногочисленной охраны концлагерей. С определенной периодичностью команды ликвидаторов ликвидировались» [85, с. 89].

— «Наступил день расправы, — пишет Отто Штрассер. — Более бледный, чем в прошлую ночь, Гитлер отправился на тюремный двор в Штадельгейм. Он смотрел на заключенных, выстроенных там в шеренгу. Они были его старыми товарищами по оружию, а некоторые были героями Великой войны…

Здесь были Ганс Петер фон Хейдебрек, отважный офицер, герой Аннаберга; Вильгельм Хайн, тоже бывший офицер, герой Балтики; Фриц Риттер фон Крауссер, награжденный орденом Макса-Иосифа… все они и многие другие стояли в тот день перед расстрельной командой из СС.

Рем, глядя на тюремный двор из окна камеры, мог видеть, как казнили его друзей и соратников. Час назад он был министром рейха и начальником штаба СА. А теперь он был заключенным в тюремной камере, а на его столе был оставлен револьвер.

— Вы офицер, и вы знаете, что вам остается сделать, — сказали ему, оставляя его одного» [120, с. 232].

Первый рейх. «Так как у него (Кассия. — Б. П., Е. П.) были большие долги, то он решил выплатить их путем чрезвычайно тяжкого обложения провинции. Денежные суммы взыскивались с людей зажиточных, и Кассий не только позволял, но даже вынуждал выплачивать их ему лично. В число зажиточных людей включались и бедные, и вообще трибунал императора не упускал и не чуждался ни одного вида корысти — большой и очевидной, самой малой и грязной. Вообще всех без исключения, кто только способен был на какие-либо материальные жертвы, или обязывали явиться в суд, или заносили в списки подсудимых» [37, с. 386–387].

— «Император (Клавдий. — Б. П., Е. П.), ослабленный недомоганиями, множеством трудов и забот, сексуальными излишествами, позволил Паллану развязать новый террор. Людей обвиняли, ссылали и убивали из-за того, что… казна была пуста и нуждалась в пополнении за счет конфисковываемых богатств. За тринадцать лет правления Клавдия были приговорены к смерти (естественно, с конфискацией всего их имущества. — Б. П., Е. П.) тридцать пять сенаторов и триста всадников» [32, с. 296].

Второй рейх. «Около двух часов ночи на день св. Варфоломея (24 августа 1572-го года, в воскресенье) на колокольне церкви С. Жермен де Локсеруа ударили в набат. То был сигнал — начинать резню и истребление еретиков, этих «врагов Бога и короля», исповедовавших «une heresie diabolique» (сплошную дьявольскую ересь. — Б. П., Е. П.).