Читаем Похвала подлости полностью

Рабы мужского или женского пола могли растлеваться хозяином и не имели права апеллировать к закону. Раб не имел права возбуждать дела в суде против тех, кто причинял ему ущерб; в подобных случаях он мог действовать только при посредничестве своего господина. Последний, согласно закону(курсив — Б. П., Е. П.) республиканского Рима, мог избить раба, заключить его в темницу, отправить на арену сражаться с дикими зверями, уморить голодом, убить своими руками, имея на то причину или без нее, и единственной сдерживающей его силой могло служить только общественное мнение, формировавшееся такими же, как он, рабовладельцами» [32, с. 436].

Второй рейх. Доминиканец Мельчор Кано (1509–1560 гг.) утверждал, что испанцы вправе(курсив — Б. П., Е. П.) вести войну против индейцев, если встречают с их стороны препятствия в распространении христианства или добиваются отмены рабства» [23, с. 51].

Третий рейх. Гитлер Раушнингу: «После столетий хныканья о защите бедных и униженных наступило время, чтобы мы решили защищать сильных против низших. Это будет одна из главных задач… на все время — предупреждать всеми имеющимися в нашем распоряжении средствами дальнейшее увеличение славянской расы» [73, с. 634].

Слово фюрера — закон для всякого подфюрера.

«Директивы по руководству экономикой во вновь оккупированных восточных областях». («Зеленая папка»). Автор — Герман Геринг. Секретно. Берлин, июнь 1941 года.

«Совершенно неуместно мнение о том, что оккупированные области должны быть возможно скорее приведены в порядок, а экономика их восстановлена… Экономическая деятельность в них должна быть ограничена нашими интересами» [73, с. 611].

Первый рейх. «Он (Калигула. — Б. П., Е. П.) нагнал такого страху, что даже незнакомые люди стали объявлять его во всеуслышание сонаследником родственников, родители — сонаследником детей, а он, считая издевательством, что после такого объявления они еще продолжают жить, многим после этого послал отравленные лакомства» [98, с. 158].

— «Римский всадник, которого тащили на казнь, крикнул ему (императору Вителлию. — Б. П., Е. П.): «Ты — мой наследник!» Он велел показать ему завещание, увидел в нем своим сонаследником вольноотпущенника и приказал казнить всадника вместе с вольноотпущенником» [95, с. 248].

— «Огромные состояния и среди них все наследство Тиберия Цезаря — два миллиарда семьсот миллионов сестерциев — он (Калигула. — Б. П., Е. П.) промотал меньше, чем в год.

Тогда, истощившись и оскудев, он занялся грабежом, прибегая к изощреннейшим наветам, торгам и налогам…

Торги он устраивал, предлагая для распродажи все, что оставалось после больших зрелищ, сам назначал цены и взвинчивал их до того, что некоторые принужденные к какой-нибудь покупке(курсив — Б. П., Е. П.), теряли на ней все свое состояние и вскрывали себе вены» [97, с. 118–119].

— «Люди могущественные навязывали маленьким людям какое-либо благодеяние (beneficium) — денежный заем, уступку земельного участка, покровительство в тяжбе и т. п. — и затем требовали от них несоразмерного и обременительного возмещения или ставили их от себя в зависимость» [116, с. 344].

Второй рейх. В инструкции «Confiscatio bonorum haeretici fieri potest post ejus mortem» — «Конфискация наследства еретика, разоблаченного после смерти» из многотомного «Directorium Inquisi» (руководства к действию инквизитора) ее автор Николас Эймерико указывает: «Наследников следует поставить в известность о том, что умерший был еретиком, и с этого момента их следует осудить за плохое служение делу веры и сокрытию этого преступления». Тем самым он заставляет людей добровольно(курсив — Б. П., Е. П.) предъявлять обвинение своим отцам и дедам (умершим. — Б. П., Е. П.) в еретических заблуждениях, чтобы самим избежать унижения, позора и запрета на высокие должности и престижные профессии» [89, с. 131].

— Из приговора, подписанного первым епископом (позже — архиепископом Новой Испании доминиканцем Хуаном де Сумаррагой. — Б. П., Е. П.), действовавшим с 1528 по 1548 г., по делу индейца Карлоса Ометочтцина из Текскоко: «Признать индейца виновным в распространении ереси, имущество конфисковать(и кто бы сомневался? — Б. П., Е. П.), а самого передать светским властям для организации соответствующего наказания с просьбой отнестись к вышеназванному дону Карлосу со снисхождением» [23, с. 126]. Последнее проявлялось в том, что осужденного вместо отсечения ему головы сжигали на костре. Это означало, что осужденный мог в день «страшного суда» воскреснуть, в то время как при других видах казни, сопровождавшихся членовредительством, такая возможность, согласно католического вероучения, исключалась.