Читаем Похвала подлости полностью

После этого донью Менсию де Лука сняли с «кобылы» и бросили на стоящую поблизости койку. Мы ожидали, что она очнется и ее снова можно будет привязать к «кобыле»(курсив — Б. П., Е. П.). Однако она уже больше не приходила в себя. Потом вошел в камеру служащий этой секретной тюрьмы(курсив — Б. П., Е. П.) Хуан Риосеко, и мы развязали упомянутую Менсию де Лука, но она не приходила в себя. По приказу инквизиторов я остался в камере пыток вместе с вышеназванными в ожидании, что донья Менсия очнется, но, хотя я оставался там до 11 часов дня, она не приходила в себя. Пульса у нее не было, глаза потускнели, лицо и ноги холодные, и, хотя ей трижды прикладывали ко рту зеркало, поверхность его пребывала такой же чистой, как и до этого. Поэтому все признаки свидетельствовали, что упомянутая донья Менсия де Лука, по всей видимости, скончалась естественной смертью(курсив — Б. П., Е. П.). Подтверждаю: все признаки скончавшейся были такими же, как сказано выше. Остальные части тела также скоро похолодели. Со стороны сердца также не наблюдалось какого-либо движения, в чем я убедился, приложив к нему руку. Оно было холодным. При всем этом я присутствовал.

Хуан Кастильо де Бенавидес» [23, с. 148–149].

Аминь? Как бы не так.

«Со смертью Менсии де Лука ее дело(курсив — Б. П., Е. П.) не было прекращено. Трибунал инквизиции отлучил ее от церкви, конфисковал имущество и приговорил к сожжению на костре «в изображении».

23 января 1639 года в Лиме ее изображение (кукла) было предано костру, на котором (попутно. — Б. П., Е. П.) нашли мучительную смерть 11 других «нераскаявшихся грешников» [23, с. 150]. Вот теперь — Аминь. Делосделано. Палачи могут отдыхать. До следующего дела.

Третий рейх. «Приложение № 1» к оперативному приказу № 14 начальникам полиции безопасности и СД, датированное 29 октября 1941 года № 21 Б/41 ГРС — IV А1Ц гласит: «Начальники оперативных групп под свою ответственность решают вопрос об экзекуции, дают соответствующие указания зондеркомандам.

Для проведения установленных данными директивами мер командам надлежит требовать от руководства лагерей выдачи им пленных.

Экзекуции должны производиться незаметно, в удобных местах, во всяком случае, не в самом лагере или непосредственной близости от него» [72, с. 604].

В том же «Приложении» содержится требование: «Необходимо следить за немедленным и правильным(курсив — Б. П., Е. П.) погребением трупов» [72, с. 604].

Четкость приказа предопределяет и четкость отчетности. Приводим выдержку из заполненного формуляра от 03.07.1942 г.: «В результате перегрузки крематория в течение ночи не были сожжены четверо расстрелянных за вчерашний день. Поэтому трупы были сложены в холодное помещение и будут сожжены вместе с казненными за сегодняшний день.

Подпись. Дата» [85, с. 312].

Первый рейх. «Первым деянием нового принципата (Тиберия. — Б. П., Е. П.) было убийство Агриппы Постума, с которым, застигнутым врасплох и безоружным(курсив — Б. П., Е. П.), не без тяжелой борьбы справился действовавший со всей решительностью центурион» [101, с. 9].

— «При Тиберии заключенным запрещалось даже говорить и беседовать. Из тех, кого звали на суд, многие закалывали себя дома, уверенные в осуждении, но и тех, с перевязанными ранами, полуживых, еще трепещущих, волокли в темницу. Никто из казненных не миновал крюка» [97, с. 98].

— «Галиен (Публий Эгнатий Галиен, император) центуриону Вериску: «Ты не удовлетворишь меня, если предашь смерти только вооруженных, которых мог бы погубить на войне любой случай. Следует истребить весь мужской пол; с моей стороны не будет упрека, если убиты будут и старики, и малые дети» [104, с. 662].

Второй рейх.В сто двадцатом пункте «Directorium Inquisitorum» (Инструкции), озаглавленном «Confiscatio bonorum haeretici fieri potest post ejus mortem» — «Конфискация наследства еретика, разоблаченного после смерти», сказано: «Еретики подлежат преследованию и после смерти, если их вина будет доказана; в течение сорока лет после смерти их собственность может быть конфискована, вплоть до третьего поколения» (курсив — Б. П., Е. П.) [89, с. 130, 131]. Автор Инструкции — Николас Эймерико, Великий инквизитор Арагона. Его преемник, продолжатель и усовершенствователь его дела — фра Томас де Торквемада (от «Turre Cremana» — «Сожженная Земля») — Великий инквизитор Кастилии и (с 17.10.1483 г.) Арагона — снял ограничение срока давности преступления еретика сорока годами, сделав его бессрочным(курсив — Б. П., Е. П.): «Во исполнение долга перед Богом» [89, с. 130].