Читаем Пойма полностью

Вытянул ведро, напился воды из ковша и как раз, когда откладывал его в сторону, услышал, как к дому подъезжает автомобиль. Подумал, что это, вероятнее всего, папа — приехал домой пораньше, потому что посетителей сегодня было немного, так что я обогнул дом и пошёл поглядеть.

Оказалось, к дому подкатил обшарпанный чёрный «форд». Из него вышел человек в широкополой ковбойской шляпе серого цвета и с пистолетом в кобуре у пояса. Он стоял перед «фордом», выгнув вперёд правое колено, и ковырял землю носком правого сапога — точно так же, как и в первую нашу встречу. На человеке была рубашка с длинными рукавами, сами рукава были спущены и застёгнуты на все пуговицы. Вокруг шеи обозначилось круглое пятно пота. Это был тот самый мужчина, с которым папа разговаривал на выезде из Перл-Крика. Тот, которого он в юности спас из водоворота. Рыжий.

Увидев меня, он улыбнулся:

— Как поживаешь, друг мой?

— Хорошо, — ответил я.

— Папа дома?

— Только мама, — сказал я.

— Ага, — кивнул он. — Ну что ж, сойдёт и так. Скажи-ка ей, что я приехал, а?

Я вошёл и рассказал маме. Когда она выглянула из дверей и увидала во дворе Рыжего, я заметил, как она переменилась в лице. Как именно — передать сложно. Мама удивилась, но было также что-то ещё. Протянула руку, нежно провела себе по волосам, оправила платье.

— Рыжий, — сказала она.

— Здравствуй, Мэй-Линн. А ты очаровательна, как всегда.

Мама слегка покраснела.

— Джейкоба нет дома.

Рыжий и огляделся по сторонам, словно папа мог внезапно возникнуть из воздуха:

— Вот так так!

Ну конечно, его нет. Я ведь уже ему об этом сказал.

— Что ж, тогда можем поболтать пару минут, — предложил Рыжий. — А он скоро вернётся?

— Да, — ответила мама. Потом добавила: — Очень скоро.

— Можно войти?

Мама заколебалась. Взглянула на меня:

— Гарри, беги погуляй. У нас будет взрослый разговор.

Я помедлил, но в итоге отправился на заднюю веранду и сел на подвесную скамейку. Когда Рыжий вошёл в дом и мама закрыла дверь, сквозняком немного приоткрыло дверную ширму. Я встал, чтобы её захлопнуть, почти уже толкнул ширму назад, но передумал. Я знал, что нехорошо подслушивать чужие разговоры, но не смог удержаться.

— Ну садись, — сказала мама. Её голос звучал принуждённо и неуверенно, словно ей было неуютно находиться в собственном доме. Никогда раньше не слышал, чтобы мама говорила вот так.

— Спасибо, — ответил Рыжий. Послышался скрип передвигаемых стульев, потом на долгое мгновение повисла тишина.

— Могу сварить кофе, — предложила мама.

— Нет, спасибо. Мне и так хорошо. Так он скоро будет?

— Точно не скажу. Он стрижёт, пока не кончатся клиенты.

— Давно мы не виделись, верно?

— Да, давно.

— Хороший дом.

— Спасибо. На самом деле не так уж он и хорош. Мы его с Джейкобом строили. Я сама прибивала полы. Нам помогли мои родители.

— Пол у вас на вид крепкий, — похвалил Рыжий.

— Спасибо.

— А как поживают твои мать и отец? Не видел их уже многие годы.

— Несколько лет назад перебрались на север Техаса. Мама туда поехала, чтобы ухаживать за Идой, моей сестрой. Ида заболела, кто-то должен был заботиться о её детях. Потом Иде стало лучше, а вот папа скончался.

— Соболезную. А как твоя мама?

— Как всегда, здорова и полна сил. Мы много переписывались. Скоро, может быть, переедет назад, чтобы быть рядом с нами.

— Понял. Думаю, это хорошо.

Воцарилась тишина. У меня за спиной загудел шмель, и я повернулся к ширме, чтобы прихлопнуть насекомое.

Мама прервала молчание:

— Может, скажешь мне, чего ты хочешь, а я передам Джейкобу?

— Мне правда нужно поговорить с ним лично.

— Это насчёт этого дела об убийствах? Про всех этих чернокожих женщин?

— Ага.

— Джейкоб говорит, ты не хочешь, чтобы он в него вмешивался.

— Во-первых, тело нашли не в его округе.

— Его нашли здесь, в пойме.

— Да, но он-то привёз тело в Перл-Крик. Чтобы кучка черномазых рассказала ему, что с ней случилось. Не надо быть городским парнем, чтобы понять, что же именно с нею сделали.

— Но ведь он хотел узнать, кто она такая ну и что случилось, конечно.

— Мог бы спросить у доктора Стивенсона.

— Доктор Стивенсон алкаш и дурак. К тому же он с куда меньшей вероятностью был знаком с этой женщиной.

— Он в этих краях каждого ниггера знает. И не имеет ничего против ниггеров. Как и я.

— Но все равно Стивенсон — алкаш и тупица.

— Не хочу с тобой спорить, Мэй-Линн. Были времена…

— Если тело найдено здесь, на участке у Джейкоба, тогда в чём дело, Рыжий? Каким образом это тебя касается? Ты говоришь Джейкобу, что это не его дело, но ведь, похоже, это куда больше его дело, чем твоё. Он отвёз её в твой округ, чтобы установить личность, а убили-то её здесь.

— Мы, Мэй-Линн, не хотим, чтобы ниггеры лезли не в своё дело. Вот и всё. Пусть знают своё место, а когда Джейкоб начинает относиться к ним с таким же вниманием и уважением, как и к белым, тогда у вас могут возникнуть неприятности.

— Ты и в самом деле так считаешь?

— Да… Ходят слухи, что Джейкоб уже арестовал какого-то ниггера за убийство.

— Это неправда.

— Поговаривают, он этого ниггера укрывает. Я вот что Джейкобу хочу сказать. Пускай выдаст черномазого. Потому что если не выдаст, ему плохо придётся.