Читаем Погружение полностью

– Я ничего не помню, – говорит она наконец. – Но я не убивала Люси. Этого не может быть. Ведь это я нашла ее на следующее утро. Я… Я бы такого не сделала.

– Ты как будто саму себя стараешься убедить. – Ко мне возвращается злость. – Я надеялась только, что ты не такая примитивная. Ну то есть ревнивая невеста, серьезно? Лично я не могу представить, чтобы я убила человека из-за чего бы то ни было, особенно из-за такой банальщины. Но ты-то к этому привыкшая, да? Ты ведь и раньше убивала. И не кого-нибудь, а своих близких.

В лицо ей бросается краска, кулаки сжимаются. На мгновение мне кажется, что она и правда меня ударит.

– Ты не знаешь ни хрена.

– Так расскажи, – говорю я. – Расскажи, что я упускаю. – Я решаю, что довольно ломать комедию. Я хочу знать. Даже не так. Мне нужно знать. Я начала раскапывать эту историю ради материала, который помог бы и отомстить Касс, и запустить наконец мою журналистскую карьеру. Но смерть Люси задела меня за живое. Как она смотрела на меня своими голубыми глазами в тот вечер, когда просила помощи. Ее непоколебимая уверенность в себе. Сила, заключенная в ее хрупкой фигурке. Все это пропало впустую, осталось гнить на морском дне.

Касс стоит и качает головой, взгляд у нее каменный.

– С Робин все вышло случайно, – говорит она наконец так тихо, что ее едва слышно. – Папа болел. Я пыталась помочь, сделать так, чтобы он принимал нужные лекарства. Но все пошло не по плану.

Во мне что-то разжимается. Наконец-то я продвинулась. Сейчас она сознается.

– Так что насчет Люси? – нетерпеливо спрашиваю я. – С ней тоже все вышло случайно? Как еще твое кольцо могло оказаться рядом с ее телом? И почему у тебя под кроватью был ее телефон?

– Ее телефон я не брала, – тихо говорит Касс.

– Нет смысла отрицать. Я нашла его у тебя под кроватью. – Касс, наморщив лоб, молчит, и я меняю тактику. – А Джасинта? Что ты делала в ту ночь, когда она погибла?

– Я была во «Франжипани». И она тоже. Но… Но потом я поехала домой. Я уверена.

Минуточку. Она уверена?

– Ты что, не помнишь?

Она совсем сникла.

– В тот день я как раз начала принимать «Ксанакс». Наверное, с непривычки приняла слишком много…

Она умолкает, и я обдумываю ее слова. Несмотря на улики, в глубине души я не ожидала, что мои предположения действительно верны, но Касс их, по сути, подтверждает.

– Касс, это ты убила Джасинту. Заманила ее на Кхрум-Яй и столкнула. И задушила Люси, поэтому у нее на шее и были синяки.

Ее взгляд переползает с меня на тропу на Кхрум-Яй. Как будто она что-то вспоминает.

Она открывает рот, и я готовлюсь услышать признание.

Но тут от деревьев, окружающих холм, рикошетом отскакивает рев мотора, и в тишине этот звук оглушает.

Логан вернулся.

– Уходи. Сейчас же. Не то я вызову полицию.

– Точно, она же у вас куплена, – парирует Брук. – Удобно, наверное, учитывая, что ты женишься на убийце.

Легкие затапливает волнение, и я заставляю себя вдохнуть, услышав слова Брук. Увидев, как поморщился Логан, которому впервые бросают в лицо, кто я на самом деле. Убийца.

– Но ты, по сути, ничего о ней не знаешь, – продолжает Брук. – Не знаешь, что…

– Уходи, я сказал.

Я никогда раньше не слышала, чтобы он разговаривал так резко. Его мускулы напрягаются, ладони сжимаются в кулаки. Таким злым я видела его только раз, когда он узнал, что один из сотрудников «Франжипани» ворует из бара деньги. В тот вечер он вернулся домой с перекошенным от гнева лицом и сбитыми костяшками.

Брук тоже это заметила, и, когда она делает шаг назад, в глазах у нее мелькает вспышка страха. Она снова открывает было рот, но Логан ее опережает.

– Пошли в дом, – говорит он мне.

Я слушаюсь, но сначала бросаю на Брук еще один взгляд. Она по-прежнему стоит с приоткрытым ртом, в глазах читается ярость.

Я отворачиваюсь и иду вслед за Логаном, в голове крутятся брошенные Брук обвинения. «Ты убила Джасинту… Ты задушила Люси».

Я пытаюсь все отрицать, но, боюсь, больше не получается. Увидев Логана с Джасинтой, я так ревновала, мне было так больно. Это выбило меня из колеи.

К тому же все, что говорит Брук, логично. Одно к одному.

Мы входим в дом, но я едва это замечаю. Сейчас он совсем не кажется мне домом.

Логан садится в кресло в дальнем углу гостиной и опускает голову на ладони. Человек поверженный.

– Логан. – Я подхожу и кладу руку ему на плечо, но он отшатывается, будто я его обожгла.

Жизнь, которую я построила здесь, рушится прямо вокруг меня. Все началось, еще когда я увидела Логана с Джасинтой: посыпались первые песчинки. Когда я нашла первый конверт, рухнула стена, а теперь все превратилось в ничто: прочный замок из песка размыло волнами.

Вслед за этим осознанием приходит паника, которая последние несколько дней плескалась у ног. Я выстроила все вокруг Логана, который любил меня, хотел провести со мной всю жизнь. Мне некуда идти, и я понятия не имею, кто я без него. Я болезненно нуждаюсь в нем, и эта потребность захватывает меня, крепко сжимая.

– Пожалуйста. Я люблю тебя. – Мои слова пронизаны паникой, но Логан даже не смотрит на меня. – Позволь мне объяснить.