Когда Даг начинает рассказывать об одной постоялице курорта, с которой он близко познакомился на прошлой неделе, я переключаю внимание на Касс, сидящую напротив меня. Ее глаза снова остекленели, она кажется отсутствующей и смотрит куда-то мимо меня, на дорогу. Я оборачиваюсь проследить за ее взглядом, но дорога совершенно пуста. Неудивительно. Учитывая, что на пляже сегодня «Полнолуние-пати», гостям курорта незачем забираться так далеко вглубь острова. Сейчас они уже наверняка разрисованы неоновой краской – как тот парень, который пару часов назад увел Люси, – и танцуют в опасной близости от огня, потягивая фруктовые коктейли из аквариумов. Я вспоминаю, как столкнулась с той девушкой, Люси. Интересно, что ей было от меня нужно? В памяти всплывает ее предостерегающий взгляд.

Когда я поворачиваюсь обратно к Касс, она по-прежнему не сводит глаз с дороги.

– Касс, – шепчу я так, чтобы было слышно только ей.

– М-м?

– Все нормально? – осторожно спрашиваю я.

Ее как будто перещелкивает. Взгляд тут же становится внимательным и сосредоточенным, на лицо возвращается прежняя улыбка.

– Конечно, – отвечает она так, будто я спросила что-то идиотское.

Тон убедительный, но я ей не верю. Я делаю еще одну попытку.

– Точно? – Я добавляю в голос участливые нотки, но она только кивает, кладет свою ладонь на мою и морщит лоб, придавая лицу успокаивающее выражение. Мы поворачиваемся к остальным как раз тогда, когда Даг, очевидно, доходит до самой соли шутки, которую рассказывает и которую я не понимаю, но остальные фыркают от смеха.

Бутылка виски продолжает переходить из рук в руки, и я замечаю, что постепенно голоса становятся громче, а темп речи замедляется.

– Думаю, я загляну сегодня на «Полнолуние-пати», – говорит Даг, когда повисает пауза. Язык у него заметно заплетается. – Кто со мной? Нил? Логан?

– Ты же понимаешь, что тебе уже не двадцать? – спрашивает Логан.

– Тебе легко говорить, чувак. Ты уже пристроен, – Даг указывает взглядом на Касс. – А я еще в поиске. Сам знаешь, какие все раскрепощенные на этих вечеринках. Это, блин, сезон охоты.

– Ой, бедные девушки, – смеется Грета.

– Ну-у-у дава-а-айте-е-е, – говорит Даг, растягивая каждое слово.

– Я в деле, – пожимает плечами Нил.

– Касс, ты как? – Логан поворачивается к ней. – Пойдем?

Я могу придумать тысячу занятий, которые я бы предпочла походу на «Полнолуние-пати», но Касс кивает, и я понимаю, каким будет мой ответ.

Когда мы встаем из-за стола и собираем бутылки и использованные стаканчики, ко мне поворачивается Нил.

– Ну что, мисс Брук? Окажете мне честь сопровождать вас на «Полнолуние-пати»?

Он так близко, что я чувствую на щеке его дыхание, а его пальцы касаются моей руки.

– Пожалуй, – говорю я смущенно.

– Отлично, – он широко улыбается. Берет со стола почти пустую бутылку виски и протягивает мне. – Ты не пожалеешь.

На этот раз я делаю большой глоток, допивая оставшееся виски. Оно обжигает мне горло, и я надеюсь, что Нил прав.

5

Касс

Суббота

Я просыпаюсь от прерывистого писка. В глаза будто насыпали песка, в горле пересохло. Будильник вытащил меня из другого кошмара, из номера того отеля.

Я отключаю будильник, но вибрация продолжается: мозг как будто трясется в черепной коробке. Я издаю стон: как можно было сделать такую глупость? Я всегда ложусь рано, если у меня утром погружение. Зачем только я пила то шампанское? И пиво во «Франжипани»? И все остальное на «Полнолуние-пати», что бы это ни было…

Но я знаю ответы на все эти вопросы. Я наклеила на лицо свою самую лучезарную улыбку, старалась быть максимально веселой и не хотела, чтобы кто-нибудь заподозрил, что на самом деле меня что-то тревожит.

Я пыталась выбросить из головы все, что случилось вчера: конверт с угрозами, странный разговор с Ариэлем, учеником из моей дайвинг-группы. И, кажется, все купились. Кроме Брук. Несколько раз я замечала, что она бросает на меня обеспокоенные взгляды. Я заверила ее, что все нормально: я же только что обручилась, я на седьмом небе от счастья! Но я никак не могла избавиться от ощущения, что за мной наблюдают. Как вчера, когда я уезжала из дома. И могу поклясться, что слышала в джунглях за дорогой у «Франжипани» какой-то шорох. Но, сколько бы я ни пялилась в темноту на деревья, все было тихо.

Я встряхиваю головой, чтобы отогнать воспоминание, и морщусь от внезапной боли.

Хотелось бы мне списать свое состояние исключительно на алкоголь, но я знаю, что дело не только в нем.

Потихоньку, чтобы не разбудить Логана, я тянусь к прикроватной тумбочке. Шарю по ней, пока пальцы не натыкаются на картонную коробочку, заваленную старыми гигиеничками и недочитанными книгами в мягкой обложке. Я вытаскиваю упаковку маленьких белых таблеток, которую спрятала здесь вчера, и меня накрывает стыдом вперемешку с угрызениями совести.