Читаем Подвал полностью

Собаки мечтали о ней. Мчаться по твердой воде, быть самой лучшей на свете стаей, грациозной и сильной, без хозяина за спиной — если не считать этой женщины, которая не столько управляет ими, сколько сама отдалась на их волю…

Лес становился реже. Крик огромной белой птицы указал им верную дорогу.

Гигант сознавал, что впадает в крайнюю степень ярости — безудержной, не знающей границ.

«Брат мой! Дай мне твою силу!»

Жалкий поверженный монстр, он различал сквозь пелену слез лишь бессилие воинов иного мира.

Очень спокойный, несмотря на то что все у него кровоточило, снаружи и внутри, он с легкостью стряхнул их с себя и успешно отражал каждую их попытку вновь его захватить. Он с молниеносной быстротой вращался в облаке снежного вихря. Волосы его искрились под первыми лучами солнца. Он был величественен, словно сошедший на землю небожитель. Его глаза пылали обещанием смерти. Его красные руки раскидывали противников. Он швырял их в снег, снова и снова. Вокруг него образовалось широкое истоптанное пространство. Схватив очередного противника за воротник, он сталкивал его с собой лоб в лоб. Череп противника трещал. Потом он стискивал противника так, что у них обоих перехватывало дыхание и кровь вновь начинала сочиться из ран.

Наконец гигант швырнул тело побежденного Бьорна поверх двух других. Затем с презрением взглянул на мелкого усатика, который рухнул на колени от страха. Лицо его было скорее серым, чем белым. Револьвер ходил ходуном в его руках.

Оказавшись на земле, Альбер подобрал револьвер Йохансена. Но руки у тренера мажореток так дрожали, словно он целился во все сразу. Вооружиться, прицелиться, выстрелить… Он вспомнил ярмарочный тир.

Пуля просвистела между деревьев.

Альбер сильнее сжал нагревшийся револьвер в кулаке. Он широко раскрыл глаза, пытаясь разглядеть свою цель. Но та уже затерялась в темном лесу их будущих кошмаров.

Монстр скрылся.

Укутавшись в звериные шкуры до самых глаз, Анжела смотрела на переплетения веток у себя над головой. Собаки замедлили бег, и сани теперь ехали не так быстро и хаотично, как раньше. Анжела рискнула высунуть голову из-под шкур и осмотреться. От окружающей красоты у нее перехватило дыхание. Буря всюду оставила свой след. Словно от дуновения сказочного великана, ветки всех деревьев были вытянуты горизонтально, в одном направлении, лишь концы их слегка склонялись к земле под тяжестью снега. Чем дальше ехали сани, тем светлее становилось вокруг. Она оглянулась, но позади ничего не было видно — как будто все поглотила жадная бездна ночи. Но Анжела отогнала страхи. Ее кровь снова циркулировала по жилам, мысли стали связными. В меховом коконе, сменившем ледяной, она вспоминала обо всем — о своих ошибках, о своих желаниях, о своей храбрости, о последнем взгляде Кристаль, теперь навсегда успокоившейся и далекой.

Сколл и Хати возбужденно зарычали.

Озеро!

Анжеле удалось подняться и встать во весь рост, держась за перекладину. Сани быстро скользили к опушке леса. Огромное заснеженное пространство уже виднелось среди деревьев: белое зеркало, освещающее ночь. И тут она услышала хруст.

Это был не лед на озере.

Сбоку от нее, между деревьями, мчалось что-то огромное. Да, конечно, это он, ее ужасный, непобедимый гигант. Отныне он всегда будет преследовать ее… Анжела закрыла глаза, чтобы заставить призрак исчезнуть. Но окровавленная шкура монстра хлопала на ветру в ритме его движений. Он бежал ей наперерез. Он охотился. Каждое его движение было точно рассчитано.

Выставив вперед расставленные руки и опустив голову, гигант с разбегу ударил в борт саней с такой силой, словно хотел расколоть их на части.

Это произошло на вершине небольшого пригорка. Собаки только начали сбегать вниз, с силой выбрасывая вперед лапы, — и сани потеряли равновесие.

Собаки были удивлены, внезапно заскользив вниз и вбок. Огромный меховой клубок скатился в расселину, упряжь лопнула, собаки уткнулись головой в снег, чтобы как-то затормозить это беспорядочное кувырканье. Но сани под тяжестью своего веса увлекли за собой в падение их всех.

Кровь Анжелы застыла в жилах, дыхание перехватило. Впереди ничего больше не было — пейзаж продолжался внизу. Сани заскользили по другому склону и налетели на пень с огромными разветвлениями корней.

— Сколл! Хати!

Но вожаки, еще недавно такие послушные, никак не отреагировали на зов.

Собаки запутались в постромках и судорожно дергались, пытаясь освободиться. Постепенно всем это удалось, и они разбежались в разные стороны.

Гигант опустился на колени, растерянно глядя на весь этот разгром:

— Анжела!

Пошатываясь, он дошел до пня. Потом перебрал обломки саней и разбросанные шкуры. Одной не хватало.

Едва различимая цепочка следов Анжелы тянулась в сторону озера.

«Мне нужна музыка. Нужно, чтобы кто-то спел мне колыбельную. Обретя утешение красоты, я обрету свои истинные чувства».