Читаем Подвал полностью

— Доктор Мэтьюс, говорит Джим Дэй. Извините, что так долго не звонил, но у нас тут болото с аллигаторами, и вода в нем все прибывает. Я проверил медицинскую запись, о которой вы просили.

У Тайлера зачастил пульс.

— Да? И что нашли?

— Боюсь, это не то, что вы хотите услышать. Насколько здесь видно, в этом компьютерном поле не было никаких изменений. И вообще в любом поле на этой карте. Никаких изменений вообще никогда. Что вы там видите, то и было введено с самого старта. Все, конец истории.

Тайлера сковал холод. Неужели это он совершил ошибку?

— Вы уверены?

— Послушайте, док, ни одно поле никоим образом не может быть изменено без фиксирования данного изменения. Не знаю, как вам еще объяснить, чтобы вы поняли.

Чувствуя, как кружится голова, Тайлер рухнул в кресло у стола и глубоко втянул в себя воздух.

— Проявите терпение, прошу вас. Я должен убедиться, что все правильно себе представляю. — Он помолчал, собираясь с мыслями. — Всякий раз, как какая-то запись вносится в какую-то графу медицинской карты, личность человека, внесшего запись, фиксируется. Так?

— Совершенно верно.

Тайлер вытер рот рукой.

— Хорошо… Тогда кто внес запись о дозе радиации в карту Ларри Чайлдса?

— Я так и думал, что вы захотите узнать. — Тайлер услышал, как из трубки доносятся щелчки клавиатуры. — Запись показывает, что значение дозы было электронным образом передано в центр извне доктором Ником Барбером, но, поскольку здесь у него нет полномочий, доза была подтверждена вами с вашего поискового протокола.

Именно с протокола. Но это не объясняло появления передозировки.

— Потерпите еще немного. Хорошо?

— Вы же мне звоните. Счет придет вам.

— Давайте обговорим это еще раз, а потом вы мне объясните, каким образом Ларри Чайлдс получил передоз. Я созвонился с Барбером. Их записи показывают, что они заказали дозу в десять грей. Мои независимые записи подтверждают, что была заказана доза в десять грей. Но в карте говорится, что пациента облучили дозой в двести грей и его мозг спекся от передоза. А теперь объясните мне, как, черт возьми, это могло случиться.

Дэй вздохнул с досадой:

— Вы прекрасно знаете, что этого я вам сказать не смогу. Все, что я могу сказать, так это то, что поле не изменялось после внесения данных.

— А откуда такая уверенность? Если я вас правильно понял, вы утверждаете, что поле не было изменено с помощью стандартной процедуры… то есть другим человеком, имеющим полномочия. Другим врачом, например. Но я так и не понял, почему данные не могли быть изменены человеком, не имеющим полномочий. Например, хакером.

— Да потому, что это просто невозможно. Такого элементарно не может быть.

— А я утверждаю, что это чушь собачья. Вы мне только что сказали, что Барбер заказал дозу и я ее подтвердил. В наших записях фигурирует одна и та же величина: десять грей. Но пациент получил дозу в двести грей. Это означает, что мы — я имею в виду вас, себя и Медцентр Мейнарда — имеем на руках колоссальную проблему.

Тайлер вспомнил свой разговор с Мишель Лоуренс и мысленно пометил для себя, что надо бы ей позвонить и еще раз обсудить всю историю. А еще лучше поговорить прямо с доктором… как же ее фамилия?

Дэй между тем заговорил в трубку:

— Если вы так много знаете о компьютерной защите, я думаю, может, вы мне объясните, как это могло случиться, да так, чтобы в поле не осталось никаких следов вторжения?

— По-моему, мы это уже обсудили. Если хакер имел доступ к исходному коду, он знает, как действует система защиты. А если он это знает, логично предположить, что он может войти и выйти, не оставив следов.

— Ну, это огромная натяжка. С таким же успехом я могу попытаться попасть кирпичом в планету Марс. — Дэй помолчал и шумно выдохнул. — Вы что-то еще хотите узнать? Если нет, я буду считать дело закрытым.

— Только попробуйте закрыть дело, и я лично позабочусь, чтобы в анализе основной причины вас указали как человека, препятствующего расследованию смерти пациента. Вам ясно?

— Дураку ясно, что это проблема, — сказал Артур Бенсон. — Большая проблема, приятель. Мало того, это больше чем просто проблема. Это катастрофа, которая вот-вот на нас обрушится. И не надо забивать мне голову дерьмом насчет того, что ничего такого может и не случиться. Я не в настроении слушать всякую хрень.

«Господи, своими руками придушил бы этого гаденыша!»

Тут Бенсон сообразил, что слишком крепко прижимает к уху переносной телефон. Голова раскалывалась, боль отдавала в правый глаз. Он расслабил руку, сбрасывая давление, и встал. Ходьба всегда помогала в подобных случаях, а кабинет был так велик, что он при желании мог бы устроить забег вокруг стола для заседаний на восемнадцать персон. В глаза ему бросился портрет Честера Мейнарда. Пронизывающий взгляд зеленых глаз старика, казалось, следовал за ним по кабинету.

— Остынь, старик, — проговорил Берни. — Ну, возникла небольшая проблема. Это понятно? Главное, не надо психовать, а то у тебя давление повысится. Может, и удар хватит. Ты же этого не хочешь? Вот и я не хочу.

Только этого ему и не хватало. Хамство этого компьютерного гаденыша переходило все границы.