Читаем Подруга Мародеров (СИ) полностью

- Именно поэтому ты Гранта называешь «так»? - фыркнул Джеймс.

- Прекрати, - Джейн внезапно ощутила раздражение. - Я просто знала, что ты так будешь реагировать.

- Как так? - Джеймс был неумолим. - Читала его письмо с таким лицом, будто любовное послание получила.

- Ну, знаешь ли, - Джейн вскипела, - я не должна отчитываться перед тобой. У тебя есть Эванс, вот ее и контролируй. С Риком я разберусь без твоей помощи.

- Оу, - лицо Джеймса тоже исказилось, - даже так. Что ж, не буду мешать вашему счастью.


Он резко поднялся и зашагал прочь из гостиной. Проходя мимо Лили, он даже не поднял на нее глаз, а вот она проводила его долгим взглядом. Джейн сердито поджала губы. Ей внезапно стало жарко. Как же невыносим бывает Джеймс! Зачем он так?!


Римус, Сириус и Питер смотрели на Джейн. И она не сдержалась:

- Что еще? У вас тоже ко мне претензии?


Римус покачал головой. А вот Сириус склонился к Джейн, нависнув над ней. Глаза в глаза. Его дыхание обожгло ее губы.


- Дура ты, Киса. Совсем ничего не понимаешь, - с горечью произнес он. И в его чернее чем ночь глазах вновь промелькнуло что-то безумно важное. И у Джейн замерло сердце.


Сириус поднялся и, выпрямив спину, отправился следом за Джеймсом. Прикусив нижнюю губу, Картер уставилась в пространство, по-прежнему сжимая в руке письмо Рика. А затем обернулась к Римусу, ловя его взгляд, чуть ли не с надеждой увидеть там что-то, что помогло бы ей.


- Да все будет в порядке, - улыбнулся Римус и сжал ее руку. - Все прояснится, Джейн. Вот увидишь. Только не злись на него.

- Я постараюсь, - прошептала Джейн. Питер тоже улыбнулся.

- Не переживай, Джейн, - произнес он. - Завтра утром все уже будет по-прежнему. Давайте решать трансфигурацию. А то если мы не сделаем ее, то хорошо точно не будет.


Утром Джейн проснулась задолго до подруг и вообще кого-либо. Накинув халат, она спустилась в гостиную и, с ногами забравшись в кресло, принялась писать ответ. Немного подумав, она рассказала о матче с Пуффендуем, о том, что в школе все по-прежнему, и что у нее все хорошо. Лишь написать о трагедии своей семьи она не смогла. Ее рука с пером замерла в воздухе, а сердце пронзила острая боль, когда она вновь вспомнила тот день, когда покинула школу. День, когда ее семья разбилась вдребезги. И так и не сумела написать об этом ни слова, ограничившись кратким «теперь все хорошо». Хотя это было ложью. Разве может быть все хорошо у того, кто потерял своих близких? А вместе с ними и смысл жизни.


В сонных утренних коридорах никого не было. Поеживаясь от холода, Джейн направилась в совятню. Она, как и многие ученики, не имела своей совы и пользовалась школьными. Выбрав симпатичную рыжую птицу, она привязала к ее лапе письмо и, погладив по макушке, прошептала:

- Я знаю, что это безумно далеко, прости. Но я верю, ты справишься. Я знаю, для вас есть какие-то сменные почты. Так что доберись до первой из них. А дальше, тебе помогут.


Сова прищурила свои медовые глаза и, ткнувшись клювом в ладошку девушки, сорвалась с места. Провожая ее глазами, Джейн вновь ощутила грусть. Раньше так она отправляла письма родителям.


- Эй, привет.


Джейн подпрыгнула от неожиданности и обернулась. Сзади стоял уже знакомый когтевранец высокого роста с темными волосами и сжимал в руках конверт.


- Извини, - тут же пробормотал он, увидев, что напугал девушку. И смутился. Отчего-то это смущение на его милом лице заставило Джейн улыбнуться.

- Да ничего, - ответила она, стараясь быть как можно приветливей. - Ты ведь со мной на одном курсе, да? Извини, забыла, как тебя зовут.

- Эдгар Боунс.

- Боунс… - потянула Джейн, припоминая фамилию. - Ты случайно не брат Алана Боунса, того, что играл в квиддич?..

- Да, - кивнул Эдгар. - Он в том году закончил школу.

- Я в курсе. А я Джейн.

- Я в курсе, - парень улыбнулся, и его глаза засмеялись зелеными и голубыми искорками. - Подруга Мародёров, кто же тебя не знает?


Джейн рассмеялась.


- Ну да, ты прав. А… вроде года два назад тоже была какая-то Боунс, говорили, очень способная.

- Амелия, да, - закивал Эдгар. - Мне повезло с родственниками. Одна отличница и староста, другой замечательный охотник, один я ничего особенного.

- Да брось. Просто твое время еще не пришло. Ладно, я пойду. Пока, Эдгар.

- Пока, Джейн, - Эдгар улыбнулся ей вслед. Уходя, Джейн ощущала на затылке его взгляд. И внезапно ей вспомнилось это чувство, оно было знакомо. Утром, перед матчем, она так же ощутила чей-то взгляд. А затем из всех лиц и глаз наткнулась именного на его. Странное совпадение. И совпадение ли?


- Привет, девчонки, - поздоровалась Джейн, врываясь в комнату и начиная собираться на уроки. Лили и Амелия с удивлением взглянули на нее.


- Ты чего вся светишься? - спросила Джойс.

- Свечусь? Вовсе нет, - выдохнула Джейн. - Просто неплохое настроение.

- Ты с мародерами была? - поинтересовалась Лили, расчесывая волосы. Джейн потому ответила не сразу, так как была слишком сосредоточена выполнением двух дел сразу - непосредственным завязыванием галстука и кривлянием самой себе рожиц в зеркале:

- Неа. Сейчас заклинания у Флитвика?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное