Читаем Подруга Мародеров (СИ) полностью

Картер влетела внутрь. Света не было, лишь от догорающего камина, но этого было достаточно, чтобы осмотреться. Перевернутые столы, битые бутылки. За стойкой лежал мужчина, лбом в осколках стакана, и не шевелился. Его палочка валялась на полу. У порога чернело пятно крови. И сорванный крик, казалось, осколками ещё висел в холодном воздухе.


- Джеймс! – позвала Джейн. Кричать было глупо и опасно, но она должна была. – Сириус! Кто-нибудь.


Из темного угла раздался хрип. Ужасный, сдавленный, на надрыве. Джейн похолодела. Нет, пожалуйста, нет. Мысли спутывались в неясный клубок. Перескочив через поваленный стол, она склонилась над грудой в углу. Сердце замерло.


- Джеймс?


Человек, лежавший там, скрючился, превратившись в комок. Но когда обернулся, Джейн ощутила прилив облегчения. И за это ей даже не было стыдно. За то, что в душе она была рада, что ранен кто-то другой.


- Девочка… – простонал незнакомец. Глаза его были зеленые, как трава на поле для квиддича. Джейн так любила этот цвет. И им с Джеймсом предстояла еще одна, последняя игра. – Девочка…

- Не бойтесь, - Джейн сжала его ладонь и ощутила горячую кровь. – Все будет хорошо. Помощь уже близко.


Мужчина затрясся как в припадке, но всё ещё силился что-то сказать. Но когда приступ прошел, рука его безвольно разжалась. И взгляд в глазах исчез, превратив яркую зелень не более чем в пустое зеленоватое стекло, как в бутылке.


Джейн не знала, что чувствовала в это мгновенье. Она просто хотела, чтобы это не повторялось. Она читала об много раз, но не представляла, как на самом деле это страшно. Не так, как когда Ник умер на ее руках… По-другому.


Выпустив руку, Джейн вновь побежала. Лишь позже в голову ей пришла мысль, что незнакомцу стоило закрыть глаза. Но в душе ее была пустота. Это же плохо, да? Что она не почувствовала горя, увидев смерть? Но слишком велико было волнение за тех, кого она любила, чтобы переживать за кого-то ещё.


Она бежала, пытаясь унять страх и оставаться незаметной. Ей хотелось скорее найти друзей, убедиться, что с ними все хорошо. И в то же время ей хотелось выпрямиться во весь рост и пойти сражаться. Но это было так страшно.


Легко быть смелой, когда война далеко. Куда сложнее, когда ты оказываешься в её центре. Потому что, как бы плохо тебе ни было, всё равно в итоге ты любишь жизнь.


Джейн свернула в проулок, успев разминуться с двумя пожирателями, которые прошли там, где еще недавно была она, и замерла. В проулке был кто-то еще.


- Джеймс? – почти без надежды спросила она.


И темная тень вышла навстречу. Не Джеймс. Черный плащ до земли, черная маска, скрывающая лицо, палочка в руках, нацеленная ей в сердце.


Джейн поспешно вскинула свою палочку, прекрасно понимая, что не сумеет ничего противопоставить. Невозможно выжить после заклятья смерти. Авада Кедавра. Впервые она услышала о Непростительных заклятиях от Римуса, кажется, сто лет назад. Мог ли тогда хоть кто-то из них предположить, что с этим злом им придется столкнуть не на бумаге, а вживую.


Значит… это конец? Знать бы только, в порядке ли друзья.


Пожиратель не нападал. Джейн начла пятиться назад. Если ей удастся выскользнуть из проулка, она сможет спрятаться за телегой, мимо которой пробегала. Из укрытия будет легче отбиваться.


- Джейн… – вдруг произнес пожиратель.


И Джейн застыла. Справиться с шоком и неверием удалось почти сразу. Чего она ожидала? Когда-то это должно было произойти. И рука сильнее вцепилась в палочку и не подумала опуститься. Пожиратель медленно, словно это доставляло ему дискомфорт, поднял руки и снял с себя маску, отбросив её в сторону каким-то безвольным движением. Та с тихим стуком упала на землю.


- Рик.


Джейн поняла, что это он, как только услышала голос. А она-то верила, что может его спасти. Своего старого друга и капитана. Того, кто был в неё влюблён. И вот теперь он здесь, громит деревню, в которую бегал ребенком, убивает людей, которым улыбался все эти годы.


- Что? Как ты? Почему ты здесь?..


Рик отчаянно затряс головой. Он казался таким прежним, таким знакомым, разве что волосы отросли. Но был совершенно чужим.


- Ты с ними, - не ответила ни на один из вопросов Джейн, жестко отметив факт. – Ты все-таки остался с ними. Я-то думала, ты вспомнишь, каким был. Я думала, тебе можно вернуться.

- Разве? Ты так думала? – Рик вскинул брови. – Тогда почему не пришла тогда? Не дала мне шанс всё исправить?


Наверное, это была привычка Джейн – видеть в друзьях хорошее. Потому что даже сейчас в этом пожирателе она замечала черты того Рика Гранта, что всегда знала. Кто был хорошим парнем и классным игроком в квиддич.


- Я пришла, - возразила она тихо. – Я ждала тебя почти час.


Рик опустил голову. Если бы не наряд пожирателя, не крики и звуки разрушений, Джейн могло бы показаться, что они снова в Хогвартсе, на том, ее пятом курсе. И всего этого кошмара просто нет.


- Я опоздал, - прошептал он разбитым голосом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное