Читаем Подруга Мародеров (СИ) полностью

Слизнорт встретил ее недовольным бурчаньем, плавно переросшим в лекцию о вреде компании, с которой она общается, и строгости воспитания, но ничто не могло сейчас погасить тот свет, что зажег в Джейн разговор с Джеймсом. Это солнце глаз Поттера словно поселилось в её сердце, и Джейн было безумно хорошо. Она не могла перестать улыбаться, чем вызвала недоумение профессора и едва сдерживалась, чтобы не запеть.


Помешивая зелье в котле, мыслями она уже была в Хогсмите, где друзья ждали ее. Там, сидя у теплого камина и попивая сливочное пиво, она рассказывала им все с самого начала, с Древней магии и своей связи с Эдгаром, без секретов. А после… после мысли ее уносились к Джеймсу. «Мы ведь… еще поговорим, да?» - снова и снова тихо спрашивал он в ее голове, и глаза его были полны надежды. А может, это просто была ее собственная надежда, всего лишь отразившаяся в его взгляде?


- Что ж, мисс Картер, видите, у вас неплохо получается, - подметил Слизнорт, наблюдая за ней. – Если бы еще меньше витали в облаках, могли бы вернуться на прежний уровень.


С языка Джейн едва не сорвалась фраза «мне и на этом уровне не плохо», но она предусмотрительно промолчала. Слишком велико было желание скорее пойти к друзьям, чтобы рисковать из-за такой мелочи заработать себе лишний час зелий.


Когда первая работа была закончена, и профессор придирчиво признал зелье «терпимым», Джейн на секунду понадеялась, что на этом все, но нет.


- Сварите-ка мне еще вот этот составчик, - Слизнорт открыл учебник на середине и ткнул на нужную страницу. – Справитесь, и будете свободны. Хотя я же по лицу вижу, что вы и так уже не здесь.

- Хорошо, сэр.


Джейн вновь разожгла под котлом слабый огонь и потащилась к шкафу с ингредиентами. Так, что ей там нужно…


Дверь кабинета хлопнула, и Джейн удивленно замерла. Из-за дверок шкафчика девушка не видела происходящее, но неужели Слизнорт мог уйти?


Но раздавшийся голос убедил Джейн, что профессор никуда не делся. Более того, их теперь стало двое.


- Профессор Макгонагал, - тоже, судя по голосу, удивился ее появлению Слизнорт, - чем обязан?

- Гораций, - голос Макгонагал непривычно дрожал, и Джейн вдруг охватил липкий ледяной ужас, хотя она ещё и не понимала причины этого, - на Хогсмит напали Пожиратели. Их там около дюжины, мракоборцы, бывшие в патруле, не справляются. Гвина отозвали в Министерство еще с утра, там сейчас только зеленые юнцы, не видавшие сражений…


- Мерлинова борода… – ошарашенно пробормотал Слизнорт. – Что говорит Альбус? Мы должны помочь им до прибытия подкрепления?

- Да, мы ждем вас у директора, - тон Макгонагал вдруг снова стал твердым и официальным, из чего следовало, что Джейн не осталась незамеченной. Но она и не пряталась, просто застыла на месте.


Это сообщение выбило из груди все счастье. Началось. Война никогда еще не подходила так близко. Лишь смотрела черными буквами с газетных страниц. Но вот она, здесь и сейчас. Дюжина пожирателей против парочки молодых мракоборцев. Будь в деревне Гвин, всё было бы иначе. И какому идиоту в Министерстве пришло в голову вызвать того в Лондон? Они вообще понимаю, кто он и что может?


- Мисс Картер, вы свободны, - окликнул девушку Слизнорт. И тотчас поторопил. – Ступайте же, ступайте. И никому о том, что услышали. Паника нам здесь не нужна.


Джейн поспешно захлопнула дверцы шкафчика, схватила свои вещи и, затушив огонь под котлом, побежала прочь. Профессоры остались, и за спиной Картер слышала их голоса.


В ушах шумело, а сердце слишком громко колотилось в груди. Это было ужасно. То, что происходит в Хогсмите сейчас.


Хогсмит!


Джейн словно врезалась в невидимую стену. До неё вдруг дошло. И ужас стал невыносимым. Хогсмит. Она осознала только сейчас.


Господи, это же Хогсмит! Сегодня! И паника жесткими руками сдавила горло, пытаясь удушить. Книга и тетрадка выпали из разжавшихся пальцев. Девушка пошатнулась и внезапно ставшими влажными ладошками уперлась в стену, чтобы не упасть.


Колени задрожали. А в глазах потемнело от страха. Не за себя только.


Хогсмит. Мародёры должны ждать её там. Боже, они там. Там, где война. В осажденной деревне. В самом многолюдном пабе, куда пожиратели наверняка заявились в первую очередь.


Джеймс.


Дышать стало почти невозможно, словно у Джейн случился приступ астмы. А в живот, казалось, вонзили ледяной нож. И теперь поворачивали его в изощренной пытке, вызывая дикую боль и страх.


Нет! Джейн хотелось кричать. С ними не может ничего случиться. Не с её друзьями. Пожалуйста…


Паника мешала думать, но одно Джейн понимала ясно – когда друзья в опасности, она не станет прятаться в безопасности. Она будет с ними. До конца. Как были бы они с ней.


Развернувшись, Джейн побежала к одному из тайных проходов, ведущих в Хогсмит. Тетрадка и учебник так и остались одиноко и брошено лежать на полу в пустом сером коридоре.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Смерть сердца
Смерть сердца

«Смерть сердца» – история юной любви и предательства невинности – самая известная книга Элизабет Боуэн. Осиротевшая шестнадцатилетняя Порция, приехав в Лондон, оказывается в странном мире невысказанных слов, ускользающих взглядов, в атмосфере одновременно утонченно-элегантной и смертельно душной. Воплощение невинности, Порция невольно становится той силой, которой суждено процарапать лакированную поверхность идеальной светской жизни, показать, что под сияющим фасадом скрываются обычные люди, тоскующие и слабые. Элизабет Боуэн, классик британской литературы, участница знаменитого литературного кружка «Блумсбери», ближайшая подруга Вирджинии Вулф, стала связующим звеном между модернизмом начала века и психологической изощренностью второй его половины. В ее книгах острое чувство юмора соединяется с погружением в глубины человеческих мотивов и желаний. Роман «Смерть сердца» входит в список 100 самых важных британских романов в истории английской литературы.

Элизабет Боуэн

Классическая проза ХX века / Прочее / Зарубежная классика
Шаляпин
Шаляпин

Русская культура подарила миру певца поистине вселенского масштаба. Великий артист, национальный гений, он живет в сознании современного поколения как «человек-легенда», «комета по имени Федор», «гражданин мира» и сегодня занимает в нем свое неповторимое место. Между тем творческая жизнь и личная судьба Шаляпина складывались сложно и противоречиво: напряженные, подчас мучительные поиски себя как личности, трудное освоение профессии, осознание мощи своего таланта перемежались с гениальными художественными открытиями и сценическими неудачами, триумфальными восторгами поклонников и происками завистливых недругов. Всегда открытый к общению, он испил полную чашу артистической славы, дружеской преданности, любви, семейного счастья, но пережил и горечь измен, разлук, лжи, клеветы. Автор, доктор наук, исследователь отечественного театра, на основе документальных источников, мемуарных свидетельств, писем и официальных документов рассказывает о жизни не только великого певца, но и необыкновенно обаятельного человека. Книга выходит в год 140-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина.знак информационной продукции 16 +

Виталий Николаевич Дмитриевский

Биографии и Мемуары / Музыка / Прочее / Документальное