Читаем Подо льдом к полюсу полностью

Однако мы не оставили без внимания и наш обычный гирокомпас и постарались выжать из него все возможное. Поэтому мы приветствовали включение в группу гражданских ученых — участников похода, одного из лучших инженеров по гироскопическим компасам от фирмы «Сперри» Кларка Ингрэхэма. Его задача состояла в том, чтобы оказать нам помощь в обслуживании обычного гирокомпаса «Скейта» и провести наблюдения за его действием в высоких широтах.

Взглянув на карту под руками Николсона, я понял, что время, когда мы будем вынуждены полагаться только на нашу инерциальную навигационную систему, быстро приближается. «Скейт» уже находился на подходах к Шпицбергену — традиционным воротам на пути из Атлантики в Северный Ледовитый океан.

— Здесь нужно бы хорошенько зацепиться, Николсон, — сказал я, показывая на побережье Шпицбергена, четко выделявшееся на лежащей перед Николсоном карте. — Надо поточнее определиться перед тем, как нырнуть под лед.

— Давайте сначала спросим Уитмена, где проходит граница льда, — ответил Николсон. — Разрешите, я позову его.

Через минуту над прокладочным столом склонилась долговязая фигура Уолта Уитмена, специалиста гидрографического управления министерства военно-морского флота по изучению состояния льдов. Взяв карандаш, он провел на карте извилистую черту, которая, по его мнению, соответствовала границе ледяного покрова. Черта проходила от восточного побережья Гренландии к северной оконечности Шпицбергена.

— Примерно вот так, командир, — сказал Уолт. — Ветер, конечно, мог сместить кромку немного севернее или южнее, но величина этого перемещения невелика.

Указав на вычерченную Уитменом линию и небольшой узкий островок, расположенный к западу от Шпицбергена, Николсон заметил:

— Если граница льда проходит здесь, то этот островок удобнее всего для получения обсервованного места: берега приглубые, а горы просто идеальные для определения места радиолокатором.

Остров, на который указал Николсон, назывался островом Принца Карла. Он находится немного южнее острова Дэйн, к которому 14 августа 1896 года, через день после выхода из трехлетнего плена во льдах, подошло легендарное судно Нансена «Фрам». Штурман «Фрама» тоже определил свое место по пеленгам на вершины расположенных на острове гор.

— Ну что же, Ник, давайте определимся здесь, — сказал я. — Поворачивайте к острову.

Дав указание Николсону, я пошел в свою каюту. В нескольких шагах от прокладочного стола я невольно подслушал разговор двух матросов, обсуждавших наши успехи.

На каком бы корабле я ни плавал, я всегда стремился к тому, чтобы экипаж был как можно более полно осведомлен о стоящих перед ним задачах, если это позволяла обстановка и если не нарушались приказы о сохранении военной тайны. В матросском кубрике на столе, как правило, лежала большая карта океана, которую каждый мог посмотреть. У карты почти непрерывно шли оживленные разговоры.

— Послушай-ка! — сказал один из стоявших у карты матросов, обращаясь к другому. — Мы летим через океан как ветер! До полюса уже рукой подать!

— Мне все равно, с какой скоростью мы идем, — ответил его товарищ, — лишь бы попасть на полюс первыми. «Наутилусу» это не удалось. Теперь попытаемся мы!

У меня сжалось сердце, когда я, выходя из центрального поста, случайно услышал этот разговор. При всем своем желании я не мог сказать им того, что знал об этом сам, и все время боялся, что они узнают правду. Треть офицеров и многие матросы «Скейта» были участниками введения в строй атомной подводной лодки «Наутилус» и служили на ней почти два года, прежде чем попали на наш корабль. Они считают «Наутилус» заслуженной лодкой и поддерживают с членами ее экипажа самые дружеские отношения. Но сейчас они плавают на «Скейте» и, безусловно, хотят, чтобы этот корабль был самым лучшим, поэтому «Наутилус» стал их главным соперником.

Я подошел к сейфу и достал из него голубую папку, в которой хранился оперативный приказ на переход «Скейта». Открыв папку, я прочитал:

«По окончании подготовки к походу выйти из Нью-Лондона и перейти в район к западу от Шпицбергена через Датский пролив и Норвежское море. При наличии благоприятных условий погрузиться под арктический паковый лед и следовать в район Северного полюса…»

В оперативном приказе говорилось о многом другом, но это было главным. Далее перечислялись задачи:

«I. Отработать методы всплытия лодки в районе паковых льдов… Все остальное должно быть подчинено этой задаче…

Использование Северного Ледовитого океана для боевых действий окажется возможным, если лодки будут в состоянии всплывать на поверхность хотя бы периодически…»

Я с сожалением вздохнул и положил папку в сейф. Появлению голубой папки с оперативным приказом на переход «Скейту» предшествовал длинный ряд событий.