Читаем Под моей кожей полностью

Но это еще не элита «Грифона»! Дениз ведет меня дальше. Слева от барной стойки есть дверь, которая ведет в святая святых клуба – комнату для избранных. Мелисса иногда шуточно называет это место клоакой. Хотя в чем-то она права. Здесь собираются самые богатые члены клуба, да и всего университета, и что-то мне подсказывает, что я найду там Кристофера Джонса со своими дружками.

– Лидия! – слышу я знакомый голос, продираюсь сквозь толпу и вижу Мелиссу! Вот это сюрприз!

– Вот уж не думала найти тебя здесь, – говорю я и кидаюсь обниматься. Я чертовски рада видеть ее. – У меня слов нет! Дай я на тебя посмотрю, родная!

Сегодня в клубе какой-то модный взрыв! Кого из знакомых не встретишь, все выглядят как голливудские звезды. Но моя Мелисса выглядит по-особенному. Солнечно-белые волосы аккуратно уложены в локоны, свисающие до талии. Коричнево-золотистый макияж подчеркивает зеленый цвет больших глаз, губы сверкают зеркальным блеском.

– Я налью тебе что-нибудь выпить! – стараясь перекричать музыку, орет она, встает с кожаного дивана и поправляет платье. У меня отвисает челюсть – узкое платье золотисто-бежевого цвета восхитительно обтягивает ее точеную фигуру и округлые бедра. Держу пари, все парни тут стерли себе кое-что, глядя на нее.

– Что налить? Я скажу бармену!

– Конечно же, виски! – говорю я и подмигиваю.

Походкой модели Мелисса направляется к барной стойке, и все взгляды устремляются на нее, а точнее на ее округлый зад. Вот извращенцы!

Мы с Дениз садимся на кожаный диван. Я смотрю по сторонам и вижу его – того, о ком я сегодня думаю с самого утра! Мистер Джонс выглядит как всегда с иголочки: на нем шмотки от известных мировых дизайнеров. Я не могу разглядеть бренд: когда я смотрю на Криса, то мне наплевать, что на нем надето! Я вижу лишь его лицо, руки, торс и все остальное. И как я упустила тот момент, когда я вдруг стала так на него реагировать? Видимо, в моей голове произошел системный сбой.

Рядом с ним – его приятели. Тот, что сейчас стоит и вальяжно попивает какой-то коктейль – это Дэвид. Он всегда выглядит, как типичный неформал: черные волосы на голове вечно уложены в какую-то непонятную эмо-прическу. В ушах сережки-гвоздики, на накаченных руках ужасные тату. Слава богу, они не цветные! Ни мне, ни Мелиссе с Дениз не нравятся такие парни. Как говорит наш милый психолог, такие люди, как Дэвид, просто не могут привлечь к себе внимание иным образом. Несмотря на такой странный вид, этот молодой человек довольно умен. Он учится в одной группе с Дениз. Она рассказывала, что он без труда отвечает на любые вопросы преподавателя. Мне кажется, что наша блондиночка даже восхищается им.

По правую руку от Криса стоит и что-то рассказывает Майкл по прозвищу Саунд. Он сочиняет песни и играет на гитаре. Может быть, сегодня он сыграет нам что-нибудь новенькое. Саунд – типичный музыкант. Его часто можно увидеть на скамейке в сквере: подмышкой гитара, за ухом карандаш, а на голове концертная шляпа. Мне кажется, что она приросла к его волосам, но как бы там ни было, ему очень идет. От него, как и от Криса, без ума практически все девушки! А вот я никогда не обращала на него внимания. Для меня он слишком скучный: все время занят своими мыслями.

Если внимательно присмотреться, то на соседнем диване можно увидеть с виду неприметного, но очень известного в своих кругах парня. Его имя Ли, и у него тоже есть прозвище – Курсор. Почему ему дали именно такую кличку? Все просто. Он – программист. Этому не учат в Дьюке, так что, можно сказать, Ли – самородок: у парня природный дар. Этот симпатичный молодой человек в очках может практически все: написать программу, взломать любой сервер и все такое. Его очень любят и ценят однокурсники, кроме, пожалуй, мистера Джонса. Судя по его репутации, Крис не способен никого ценить. Он пользуется людьми. Хотя, возможно, я ошибаюсь.

Рядом сидят близнецы-азиаты. Если честно, я не различаю китайцев, корейцев и японцев. Их зовут Хонг и Бао; глаза у них довольно большие, а значит, они, скорее всего, корейцы, причем весьма симпатичные. Их родители приехали сюда несколько лет назад, и братья говорят по-английски не очень хорошо. Но они способные, и, как и все мы, из богатой семьи. Однако что-то мне подсказывает, что в «Грифон» они попали не из-за этого. Просто они уникальны.

Помимо симпатичных музыкантов, неформалов, азиатов и красавчиков-пижонов, в нашей клоаке есть парочка геев. Мы все стараемся быть толерантными по отношению к ним. Мы с Мелиссой относимся к ним нормально. Я стараюсь не обращать особого внимания на двух целующихся парней. Если вдруг они случайно попадутся мне на глаза, раздражаться не стану. Если они любят друг друга, то почему бы и нет? Мелисса такого же мнения. А вот Дениз их на дух не переносит! Они никогда не понимала подобной «любви».

– Лидия! О чем задумалась? – окликает меня Мелисса. В руках у нее три стакана.

– Смотри, не урони! – смеюсь я. – Там что?

– Как это? – улыбается она, присаживаясь рядом со мной. – Конечно, «Джек»! Причем во всех трех!