Читаем Под действием света полностью

– Полностью согласен! – одобрительно отозвался Балло, невольно протрезвевший от мрачных восклицаний Диона. – Меня порой бросает в тоску один вид этого непонятного чтива, где персонажи иногда будто сами не знают почему страдают. Это идиотизм.

–Да, наверное, ваши слова в чём-то справедливы…Это правда так глупо страдать, не зная почему…– со смесью рассеянности и грусти произнёс Дион, устремив взгляд куда-то вдаль.

– О, нет мы опять теряем его, Балло. – с лёгким раздражением произнёс Анэкрион. – Похоже, понадобится ещё одно погружение в фонтан.

– Нет-нет! Я в порядке! Обойдусь без нового погружения! – быстро проговорил Дион. – Просто хочу побыть в одиночестве.

– Нет уж Дио, твоя матушка жалобно просила нас не отпускать тебя бродить куда-либо, пока она развлекается с аристократами её возраста.

– Мне не нужны няньки и пусть уж матушка не утруждает себя лишний раз мыслями о том, как мне менее выделяться среди обычных праздных! – обиженно процедил Дион и, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл в противоположном направлении.

– Дио, Дио! Куда это ты направился? – не успел Анэкрион договорить свои слова, как Дион исчез с его поля зрения, скрывшись где-то за толпой. – Что за упрямый идиот!

– Да погоди же ты, Ди! – бросился уже вслед за ним Балло, но в очередной раз был увлечён в один из танцев.

– Балло, поищи Дио возле озера Афликто, я пойду в…иное место – крикнул Анэкрион чертыхающемуся другу.

– Да, как только вырвусь…!

«Я очень надеюсь, Дио, ты не настолько изжил из ума, чтобы гулять по Пустоши, переполненную фантомами…» – толика беспокойства прогнала у Анэкриона все остатки пьяной расслабленности.

***

Безмолвное поле Пустоши казалось Диону идеальным местом для укрытия. В порыве своего яростного уныния, не заметив насколько далеко он ушёл в её глубь, молодой демон примостился на первом попавшемся травяном бугорке и погрузился в размышления.

Иногда Дион действительно не понимал себя. Этот праздный и яркий город должен был быть симпатичен ему с рождения. Но Дион чувствовал лишь чужеродность и отвращение. Словно это был огромный фальшивый мир, притворявшийся его домом.

Здесь возможно было жить, возможно и было привыкнуть к этому месту…Но не полюбить его. Вспоминания о прошлом ничуть не отдавали ностальгией с оставляли Диона с пустотой в сердце. Ему было невыносимо абсолютно всё в этом месте: его праздность, весёлость, излишняя пёстрость, совершенная ветреность и беспечность.

Атмосфера в его семейном кругу мало чем отличалась. Родители были вне себя от большой увлечённости Диона историей и искусством. Они постоянно повторяли своему сыну и его учителям, что образование ему нужно только для того, чтобы в обществе он вёл себя как умный и порядочный аристократ – ему вовсе не нужно готовиться к труду и работе, поскольку они были достаточно обеспечены и не нуждались в этом.

В тайне от них Дион уже давно мечтал посвятить свою жизнь изучению культуры прошлого.

Но не родного города – эта была скучнейшая история.

Был основан самыми праздными из демонов, которым было лень даже придумывать интересное название. Жителей можно было поделить на два типа: одним был совершенно непосилен большой физический труд – в основном это и были будущие аристократы, которые становились деятелями искусства, науки, политики и иных сфер, требующих в основном умственной и творческой работы; другим был нестерпим большой интеллектуальный труд – плебеи по большей части входили в это число и уходили в среду более «приземлённой работы». Не стоило, однако, думать, что аристократы были усерднейшими учёными и творцами, а плебеи – трудолюбивыми рабочими, танцорами и пр. Они везде были ленивы, но более близкий по нраву вид труда могли хотя бы ненадолго осилить. Так праздные демоны и делились на классы.

По началу как такового господствующего сословия не было, и «аристократия» города праздности не была причислена к знати. Здешнее «возвышение» «интеллектуаллов» было следствием дурного влияния Кларегнума, чьи демоны особо отличились в чванстве, горделивой аристократичности, а также презрительному отношению к физическому труду.

К счастью, слишком далеко дурные тенденции не пошли, ибо праздные «интеллектуалы» хорошо осознавали свою беспомощность без плебеев. Поэтому условия жизни простых рабочих оставались приемлемыми.

Так в городе Праздности, несмотря на некоторые финансовые преимущества «знати» в целом сохранилась демократичная атмосфера. Многие аристократы никогда не брезговали общением с плебеями, были с ними на равных и не разу не думали называть их «низшим» классом.