Читаем Побег от Гудини полностью

Теоретически Лиза просто узнает правду, а потом примет собственное решение, основываясь на представленных фактах. Ничто не останется тайным. Если она решит все-таки остаться с карнавалом и Гудини, я больше не стану вмешиваться, хотя уверена, дяде будет что сказать по этому поводу. Ладони покалывало. Я всего лишь вымениваю информацию. Я не заставляю Лизу и не делаю выбор за нее. И мне нужно будет всего лишь выйти на сцену в его дурацком грандиозном финале, это не самое обременительное предложение. И тем не менее…

– Мисс Уодсворт, мы договорились?

Больше никаких колебаний. Я не могу сидеть в комфорте и безопасности, когда моя кузина так сильно рискует. Это по меньшей мере мой моральный долг.

– Если я приму ваше предложение… мне потребуется больше подробностей о том, что скрывает Гудини. Только правда.

Мефистофель перекрестил свое сердце.

– Только правда.

Я прикусила губу, молясь о том, чтобы не стать жертвой собственного любопытства.

– Я согласна на ваши условия.

Мефистофель улыбнулся уголком губ, и мое сердце протестующе забилось. Его хитрый вид заронил во мне сомнения: я могу пожалеть о своем решении. Однако предостережение опоздало. Я уже заключила сделку с дьяволом, и придется ее выполнять.

– Что вам известно о Гудини?

– Он пишет какой-то женщине в Америке. Очень часто. – Мефистофель покачал головой. – Не нужно быть инспектором полиции, чтобы понять, как сильно он ее любит. Он отправляет письма из каждого города, который мы проезжаем. – Выражение его лица из самодовольного стало огорченным. – Даже после знакомства с Лизой письма не прекратились. Боюсь… нет, честно говоря, я уверен, что он не говорил ей об этом.

Подлец! Любит другую женщину, посылает ей весточки из каждой поездки – и все это за спиной моей дорогой кузины. Я закрыла глаза, надеясь притушить гнев. Будет трудно делать вид, будто я не знаю, какой он лживый негодяй, особенно когда я жажду его выпотрошить.

– Почему вы заботитесь о репутации Лизы? – Я всматривалась в лицо Мефистофеля в поисках любого намека на его истинные мотивы. Он тщательно контролировал себя, в том числе выражение лица, не давая мне никакой зацепки, кроме легкой усмешки. Усмешки с нужной долей невинности, чтобы казалось, что усилия стоят риска. – Почему это важно для вас?

– Мне все равно. Просто моему шоу нужна встряска, а поскольку пассажиры осведомлены о вашей криминалистической деятельности, вы, моя дорогая, подыграете мне и подтвердите, что мои трюки действительно магические. Если я смог убедить вас, эксперта в своей области, это упрочит мою репутацию. Я в этом отчаянно нуждаюсь из-за появляющихся во время или после представлений трупов. Информация исключительно разменная монета, и я не воспользовался бы ею, если бы не был вынужден. – Его лицо расплылось в улыбке. – Не надо так горячиться. Я же говорил, что не порядочный.

Я постаралась дышать ровно. Да, совсем не порядочный.

– Вы же понимаете, насколько сложно будет убедить пассажиров, что магия существует?

Мефистофель поднял руку.

– Не думаю, что ваша работа окажется настолько трудной, мисс Уодсворт. Ваше прелестное присутствие в нужный момент финального представления – вот и все, что мне нужно.

– Вы просите меня стать одной из ваших артисток? – догадалась я.

– Только на один вечер. Хотя вам придется ежедневно репетировать с остальными, чтобы наверстать.

– Чудесно. – Я потерла виски. – Вы заставляете меня учиться у преступников, которых наняли.

– Артистов, – поправил он.

И, возможно, как минимум одного убийцы.

– Они были не очень-то приветливы сегодня утром, когда я пришла на репетицию. Не уверена, что они станут мне помогать в этой вашей сделке.

Он шагнул вперед, опасная улыбка вернулась.

– Вот почему я буду давать вам уроки у них на виду. Покажу им, насколько благосклонен к вам… тогда они изо всех сил будут стараться завоевать ваше внимание.

– Но тогда они сочтут, что между нами происходит нечто неподобающее. – Он кивнул, и у меня в мозгу щелкнула еще одна догадка. – На это вы и рассчитываете.

– Совершенно верно. Моя лучшая ученица уже учится, – просиял он. – Значит, теперь вы понимаете, почему этот… мистер Кресуэлл, да? Почему он не должен знать о нашей сделке. Все должно выглядеть достоверно. Пусть думают, что я действительно ухаживаю и добиваюсь вашей руки. Тогда они примут вас гораздо охотнее. И мне нужно, чтобы в финале все прошло гладко, особенно после убийств. Инвесторы не горят желанием связывать свое имя и деньги с такими вещами.

Томас полностью мне доверял, хотя я не могла представить, что это соглашение не доставит ему неприятных минут, особенно после нашего последнего разговора. Я засомневалась.

– Томас умеет хранить тайны. К тому же, возможно, вы захотите, чтобы он тоже участвовал в финале. Он очень талантлив…