Читаем Победа разума полностью

Некоторое время они шли молча.

— Что ты сделал для нашей планеты, кроме как смылся оттуда? Молчишь.

— А что бы я сделал, если бы остался? Стал бы прославленным слесарем города Заборска. Так, кажется, ты мне когда-то сказала? А сейчас за год я научился тому, о чем не мог бы и мечтать на LZ-3728.

— И чему ты научился? Бить морды нехорошим дядям? Вон, какие твои портреты на каждом углу висят. Ты об этом мечтал?

— Не надо так. Что же мне срывать их что ли? Пусть висят. Не в этом же дело.

— А в чем?

— Подожди, не кипятись. Давай разберемся. Мне трудно отвечать за все Управление. Я еще новичок и далеко не во всем разобрался. Я участвую в похищении людей. Хорошо ли это? Думаю, что это не самый лучший способ набора сотрудников, но мы при этом не подавляем ничьей воли. Если человек не хочет, то его возвращают домой.

— Убедительный аргумент, просто не чего добавить. Валяй дальше.

— Я купил на свои деньги участок побережья на NT-3461. Мягкий морской климат, плодородная почва, на шельфе много промысловой рыбы. Хочу построить ферму. Управление предоставляет финансовую помощь за двадцать процентов прибыли. Завезем различные сельскохозяйственные культуры, я уже договорился. Наладим технологию разведения морской рыбы. Половину планеты можно будет прокормить. «Помогать другим цивилизациям, — что может быть благородней?». Это ведь твои слова?

— Мои. И так, ты собираешься построить ферму с применением самых последних технологических достижений. Финансирование проекта обеспечивает Управление. И слепому видно, что это несравненно более рентабельно, чем все, что сейчас существует на NT-3461. И к чему приведет реализация проекта, как ты думаешь? Ты обеспечишь местным жителям сытую жизнь, но станет не конкурентоспособным и придет в упадок местное сельское хозяйство. Цивилизация не сможет в дальнейшем прокормить себя без твоей фермы, или подобных хозяйств.

— Почему?

— Потому что разучится что-нибудь делать, а создавать фермы, подобные твоей не сможет без поддержки Управления. Понял?

— Чего же тут не понять. Только будет все не так. Я распространю свою технологию по всей планете. Я построю заводы, организую научно-технологический центр, центр обучения, создам типографию, буду выпускать учебники и методические пособия, причем за бесценок за счет прибыли.

— И тем самым окончательно собьешь местных с толку и лишишь их самостоятельности.

— Да какая муха тебя укусила? Все это я хочу создать местными силами. Управление делает только начальное денежное вложение, ну и поставляет кое-какое оборудование.

— Кое-какое оборудование — это классно. Ничего не скажешь!

— Хорошо, а развивать гиперпространственную энергетику на RX-3152 это нормально?

— Мы не делали туда финансовых вложений и не поставляли туда никакого оборудования.

— А идеи? А разработанный тобой проект, который ты представила техническому совету на RX-3152?

— Ты прав. Тогда я еще не все понимала. То, что я делаю ни чуть не лучше. Мы все по уши погрязли в этом дерме.

Они сели на краю обрыва. Под ними текла могучая полноводная река, Дашина река.

— Даша, ты хочешь сказать, что только сегодня прозрела и поняла, как пагубна для других цивилизаций наша помощь. Ну ладно, не помощь — вмешательство — поправился Семен, заметив протестующий жест Даши, — Я понимаю, не все так гладко и безупречно, как хотелось бы, но это управляемые процессы. Многое можно поправить при реализации проекта, отказаться от него, в конце концов. Тебя волнует что-то другое.

— Да, это так. На RX-3152 решили уничтожить город.

— Город?

Даша кивнула.

— Кто решил?

— Твое любимое Управление. Точнее не знаю. Да это и не имеет существенного значения.

— За чем уничтожить?

— Не знаю. Никто не объясняет. Что-то связанное с неблагоприятным долгосрочным прогнозом развития социальной сферы.

— Что значит уничтожить? Расскажи все подробно.

— Да нечего рассказывать. Или ты действительно не знаешь, как это делается? Город облучают специально настаиваемым лучевым потоком деструктивного излучения. Начинается массовое заболевание, которое напоминает вирусную эпидемию. Заболевание не заразное, но и неизлечимое. Все или почти все умирают в течение двух — трех недель. Такое иногда применяется и к отдельным людям. Наиболее просто этот гуманный в кавычках принцип управления развитием цивилизаций можно выразить так, — все, что нас не устраивает должно умереть.

— Что ты собираешься делать?

— Я считаю это преступлением и буду бороться с этим, пока у меня хватит сил.

— Как бороться?

— Еще не знаю.

Она встала и, подойдя к краю обрыва, прыгнула вниз с тридцатиметровой высоты, дав этим понять, что разговор окончен.

На следующий день он позвонил Даше по телефону.

— Даша, ты что задумала?

— Ничего.

— Мы вчера не договорили.

— Оставь. Все ясно.

Она повесила трубку.