Каждой детали легенды нашлось археологическое подтверждение. То, что казалось нам стародавней басней в самом начале «Путешествия Ясона», вдруг обрело реальность в Грузии, за 1500 миль от точки старта в Иолке (Волосе). В Греции мы видели немые камни Димини — местечка неподалеку от Волоса, которое археологи с большой вероятностью связывают с Эсонией, временной царской резиденцией семьи Ясона, созданной на период распрей. Эти камни могли подтвердить только одно: что отсюда начался и здесь закончился поход за золотым руном. Но в Грузии мы нашли посвященное быку святилище, которое охранялось змеями, — в тех самых краях, где баран считался священным животным, а руно использовали для добычи золота, — и это было окончательным, поразительным доказательством правдивости легенды. Минуты, проведенные в раскисшем раскопе возле Кобулети, означали для меня окончание поисков — вероятно, похожее чувство испытывал и Ясон, закончивший свой поиск на тридцать три столетия раньше.

Эпилог

Чем завершилась история Ясона, Медеи и аргонавтов? Каким образом они вернулись в Грецию, вместе с золотым руном и повествованием о своих баснословных приключениях? Надо сказать, что здесь предание утрачивает ясность: версий судьбы аргонавтов столько же, сколько было поэтов, о ней писавших.

Аполлоний говорит, что аргонавты вначале отправились к побережью Анатолии, где, в устье реки Галис, высадили на берег Даскила, сына мариандянского царя. Затем «Арго», подгоняемый попутным ветром, пересек Черное море и вошел в Дунай, по рукаву которого затем достиг Адриатического моря. Разумеется, на самом деле такого рукава нет и в помине — Аполлоний изрядно напутал. Тем не менее, по его словам, аргонавты очутились в Адриатике, где встретили брата Медеи, царевича Апсирта, и флот колхов, заблокировавший дельту реки. Поскольку противник превосходил их числом, аргонавты предложили перемирие; Апсирт склонялся к тому, чтобы позволить им уплыть, при условии, что участь Медеи решит местный правитель (который постановит, должна ли она вернуться в Колхиду или может плыть в Иолк с Ясоном). Последний был готов согласиться, однако Медея пришла в ярость и обвинила Ясона в трусости: если он и вправду ее любит, то докажет свою любовь, избавившись от Апсирта. Царевичу стараниями его сестры подстроили ловушку: Медея тайно известила брата, что на самом деле аргонавты ее похитили и она остается с Ясоном против своей воли, так что Апсирт должен встретиться с нею на пустынном островке, куда она поспешит вместе с золотым руном. Царевич прибыл на остров один и без оружия, и пока Медея отвлекала его разговорами, прятавшийся в засаде Ясон подобрался к Апсирту и убил того, забрызгав кровью одежды Медеи. Нарушение перемирия и постыдное убийство безоружного вызвали гнев богов — отныне союз Ясона и Медеи был обречен.

Другая версия предания гласит, что Медея обманом завлекла брата на борт «Арго» — это случилось еще в Черном море, — убила его и расчленила тело. «Арго» продолжал обратный путь, а Медея бросала фрагменты тела Апсирта в воду с кормы галеры, так что пустившиеся в погоню колхи вынуждены были задержаться, чтобы собрать останки и достойно похоронить царевича.

Третья же версия предания утверждает, что «Арго» дошел по Фасису до Мировой реки, которая, как верили греки, обтекает всю ойкумену; в этой реке аргонавты плыли сначала на юг, потом на запад и так вернулись в Средиземное море, волоком протащив «Арго» через Ливийскую пустыню. В пустыне скончался прорицатель Мопс, укушенный ядовитой змеей. От побережья Ливии аргонавты поплыли на север, близ Крита наткнулись на бронзового гиганта Талия, который сторожил остров и швырял в незваных гостей огромные камни. Талий не позволил аргонавтам высадиться, и тогда Медея его заколдовала, и гигант отгрыз себе лодыжку и истек искусственной кровью. Аргонавты же, передохнув на берегу, поплыли дальше, в Иолк.

Еще один вариант предания сообщает, что «Арго» из Черного моря вышел в реку Дон, обогнул Европу с севера и вернулся на родину то ли через Геркулесовы столпы, то ли по Рейну и Роне — или даже по реке По в Северной Италии. Конечно, все эти маршруты вымышлены. Они всего лишь отражают свойственные той эпохе географические представления: авторы подобных фантазий стремились выказать глубину своих познаний и заодно расцветить скучную реальность — ведь аргонавты наверняка возвращались тем же путем, каким приплыли в Колхиду, то есть по Черному морю, через Босфор, чьи течения на сей раз им благоприятствовали, и далее. Никакой другой путь не был возможен.