Читаем По чуть-чуть… полностью

В эти секунды я чувствовал себя средневековым рыцарем в латах, которого оруженосец готовит к королевскому турниру.

Потом они засунули мне в карманы «разгрузки» два автоматных рожка и гранаты. Потом выдали «Кедр».

Иван взял меня за плечо и подвёл к небольшому зеркалу, наклонно висящему на стене.

– Ну, как, нравится? – Спросил он.

– Шварценеггер! Ну, я пошёл?

– Куда? – осадил Иван. – Куда пошёл?! Садись и пей чай. Я скажу, когда нужно будет.

Он опять стал отвечать на телефонные звонки. Время от времени его вызывали по рации.

Потом он сел напротив меня.

– Слушайте, Аркадич. Смех, смехом, но я вас посылаю на боевую операцию. Прошу понять правильно, боевую. И то, что вы сейчас в руках держите – боевое оружие. Так, что ведите себя соответственно, это понятно?

– Понятно.

От того, что он вдруг перешёл со мной на «вы», я понял, что шутки и в самом деле кончились.

Пришёл лейтенант, доложил о готовности.

– Ну, всё. – Сказал Иван. – Иди, Аркадич. И это, не очень веселись там. Всё, «ни пуха»!

– К чёрту.

И я пошёл за лейтенантом через плац, вверх по дороге к вертолётной площадке, где уже молотили винтами два МИ-8.

Дождь перестал. Было совсем светло и кое-где сквозь облака пробивались солнечные лучи.

Возле вертолётов выстроился взвод бойцов, экипированных точно, как я. Только вместо «Кедров», у них были АКМы с подствольниками.

Лейтенант подошёл к пожилому полковнику, одетому так же,

что-то сказал и встал в строй. Я тоже встал. С краю.

Полковник дождался, пока ему доложили о готовности к вылету и скомандовал погрузку.

Мы полезли на борт.

Дверь закрылась, и машина, плавно зависнув на несколько секунд, пошла вперед, набирая скорость.

Ничего особенного не происходило. Если не считать того, что никто ко мне не приставал с автографами и не предлагал сфотографироваться. Больше того, мне почему-то сразу показалось, что между нами возникла какая-то холодная прослойка, какая-то отстраненность. Я это почувствовал, ещё когда встал в строй.

Хотя, тоже их понять можно было. Ну, во-первых, навязался на их голову. Лишний балласт. За меня отвечать надо, возиться со мной... В общем, лишний. Люди дело делать идут, а тут этот, звезда экрана, цацкайся с ним.

Я прекрасно их понимал и, хотя было немного обидно, я молчал и старался не встречаться с ними глазами.

Однако очень хотелось уточнить – «выброска», это что? Что будут выбрасывать и где? Если меня, то это вряд ли. Сначала я должен вернуть бронежилет и автомат: они дорого стоят. И потом, чтобы меня выбросить, не обязательно нужно посылать полковника, можно и лейтенантом обойтись. Хотя этот лейтенант один меня отсюда не выпихнет, это фигушки. Значит, они для этого ещё и солдат взяли...

Так я сидел и размышлял. Мысли перескакивали с одного на другое. Жутко хотелось пойти в кабину, посмотреть куда летим. Обычно меня пускали вперед к остеклению, туда, где место стрелка у пулемёта.

Вид оттуда был всегда потрясающий. Особенно, когда на бреющем, или когда в горах по ущелью.

Но я и виду не подал, что хочу туда. Чтобы не выпендриваться лишний раз. И так я тут «белая ворона».