Читаем Пляска смерти полностью

Я положила пистолет на стол, как бы рассеянно поглаживая его рукой. Не держала, но касалась.

– Я хотела, чтобы пистолет лежал на столе, когда вы войдете в дверь. Ашер меня отговорил.

– Значит, он здесь, чтобы вы не наделали глупостей?

– Он здесь потому, что ему я доверяю, а вам – нет.

– Вы не дура. Я не стал бы ожидать с вашей стороны доверия.

– И что ты собираешься делать с этим пистолетиком? – спросил Адонис.

– Застрелить тебя и Мерлина представляется вполне реальной возможностью.

– На каком основании? – спросил Мерлин. – Какие законы мы нарушили? На театральных представлениях массовый гипноз разрешен.

Противно было с этим соглашаться, но он был прав. Я пожала плечами:

– Если подумать, то основания могут найтись.

– Вы хотите, как у вас в Америке говорят, нас «подставить»?

Я вздохнула, и моя рука отодвинулась от пистолета.

– Нет, думаю, что я не стану этого делать.

– Тогда я спрошу еще раз: зачем мы здесь? Что мы сделали такого, чтобы прогневить Жан-Клода?

– Вы отлично знаете, что вы сделали, – ответила я, – и знаете, чем рассердили нас.

– Я честно говорю вам, мисс Блейк, что мне это неизвестно.

– Для вас – миз Блейк или маршал Блейк.

Он шевельнул рукой:

– Хорошо, тогда миз Блейк.

– Что бы вы сделали, если бы подчинили себе разумы шести Мастеров городов? – спросил Ашер. Волосы его скрывали половину лица – золотистый отвлекающий момент.

– Я не стану отвечать на твой вопрос, потому что ты не мастер и ты недостаточно силен, чтобы быть tйmoin'ом.

– Хорошо, то, что он сказал.

Мерлин посмотрел на меня:

– Что вы имеете в виду, миз Блейк?

– Не заставляй меня повторять вопрос, Мерлин. Просто ответь.

– Я не понимаю, что вы надеетесь получить в результате этой дискуссии, миз Блейк. Честно, не понимаю.

– Вы пытались задурить мозги шестерым мастерам городов плюс еще с полдюжины предводителей местных ликантропов. Черт побери, у нас же тут подвластные звери нескольких мастеров, да еще слуги-люди. Вы попытались отхватить здоровенный окровавленный кусок, и он оказался вам не по зубам.

– Мерлин мог всех вас захватить.

Это сказала Елизавета.

Я покачала головой, не глядя на нее:

– Не мог, иначе захватил бы.

– Что вы от нас хотите, миз Блейк? – спросил Мерлин.

– Я хочу знать, зачем вы это пытались сделать. И не надо мне вешать лапшу на уши насчет того, что хотели осчастливить всех зрителей без исключения. Если вы по-настоящему задуривали мозги всем мастерам на всех представлениях, то вы хотели узнать, можете ли вы захватить их всех одновременно сегодня и здесь. Вот я и хочу знать: зачем?

– Что зачем, миз Блейк?

– Зачем было пытаться подчинить всех? Зачем было идти на риск всех оскорбить? Вот так вот бросать такую здоровенную перчатку? Ты – мастер вампиров. Ты так стар, что у меня прямо кости ноют в твоем присутствии. Подобные тебе вампиры ошибок не делают, Мерлин. У них для всего есть причина.

– Быть может, я не думаю, что человек, едва видевший три десятка лет смертной жизни, сможет понять мои мотивы.

– Испытай меня. А еще лучше – испытай Жан-Клода. Ты это сам сказал: говоря со мной, ты говоришь с ним.

Он застыл неподвижно, и смысл этой неподвижности был ясен. Я сделала что-то такое, чего он от меня не ожидал. У вампиров неподвижность служит аналогом жеста у людей.

– Туше, миз Блейк. – Он опять шевельнул руками. – Вы не поверите, что я всего лишь хотел улучшить качество нашего представления для всех?

– Нет, не поверю.

Он снова едва заметно развел руками. Интересно, может, это он вместо пожатия плеч?

– Вероятно, имея успех в одном городе за другим, я просто стал самоуверен. Может быть, я действительно верил, что смогу победить всех.

– В твою самоуверенность я верю. Могу даже поверить, что по отдельности ты подчинял себе всех мастеров. Хотя в этом я не уверена – пока что. Я ощутила твой разум и не скажу, что ты не мог бы этого сделать, но ты мог и не пробовать.

– Зачем бы я тогда пытался сделать это сегодня?

Я улыбнулась. Сама ощутила эту улыбку не как веселую, а просто губы скривила, как когда злюсь.

– Именно это я и пытаюсь выяснить, а ты уходишь от ответа.

– Я действительно ухожу от ответа? – спросил он.

Я кивнула, улыбаясь уже почти весело:

– Именно это и делаешь.

– Быть может, я уже ответил на вопрос, но ответ вам не понравился.

– Быть может, ты пытаешься не лгать открыто, чтобы Дамиан, или Ашер, или кто-нибудь не учуял или не унюхал ложь. Но ты определенно не дал полного ответа.

– Вы действительно думаете, что если бы я хотел солгать при всех, в этой комнате присутствующих, то не смог бы этого сделать?

Я на секунду задумалась, подавляя желание оглянуться на Ашера. Дамиан поиграл пальцами у меня на плече.

– Я думаю, что мог бы, но используя больше ментальной силы, чем тебе хотелось бы в моем присутствии.

– И почему бы я не хотел использовать ментальную силу в вашем присутствии, миз Блейк?

Голос его звучал пренебрежительно, почти с веселым презрением. Я не оскорбилась: эта интонация, как все, что он делал, была намеренной, просчитанной.

– Потому что ты боишься, как бы Дорогая Мамочка не услышала и не посетила нас второй раз.