Каюты с пятой по десятую находились по правому борту, каюты по левому борту уже успел кто-то занять, некоторые двери были открыты, и оттуда высунулось несколько голов.

– О, братишка Ямагути, и ты здесь!

– Кого я вижу! Исикава! Мы больше года не виделись!

Все члены команды были знакомы друг с другом и оживленно обменивались приветствиями, после чего рыбаки Унадзавы разбрелись по своим каютам разбирать вещи.

Ватанабэ Ю вместе с дядей и Кэйтой распределили в десятую каюту.

Та была два метра на полтора и высотой всего два, этакий деревянный ящик. С левой стороны двухэтажная койка, а с правой – небольшой письменный стол, над которым горела маленькая лампа, похожая на солнце в сумерках.

Дядя и Кэйта вошли первыми, Ватанабэ Ю хотел последовать за ними, но места в каюте на троих уже не хватило, и он остался ждать снаружи.

Он смог войти только тогда, когда они разобрали вещи. Кэйта лежал на верхней койке, дядя сидел, скрестив ноги, на нижней. Ю оставалось полтора метра пространства, и когда он лег, то соседям уже было некуда спуститься с коек, даже ноги свесить места не оставалось.

Пол был холодным и твердым, и дядя настаивал на том, чтобы племянник подстелил одеяло, но Ю было лень двигаться. Он отмахнулся, даже не вслушиваясь в то, что говорит дядя, и заснул.

Когда он снова проснулся, все тело болело, как будто его сбил грузовик. Но это было еще не самое неприятное. Из-за недостатка места он мог занимать только одно положение, и нижняя половина тела онемела от отсутствия движения, как будто превратилась в протезы. Когда Ватанабэ Ю медленно сел, кровь снова прилила к конечностям, и онемевшие бедра словно покрылись укусами тысяч муравьев, неприятно было и двигаться, и сидеть без движения. Парню пришлось прислониться, скрючившись, к маленькому столу и ждать, пока тело придет в норму.

Дядя и Кэйта уже спали, громко храпя, темно-зеленое одеяло прикрывало живот Кэйты, а дядино сбилось в комок на краю койки.

Ю укрыл дядю одеялом и, прихрамывая, вышел из каюты.

Корабль отплыл уже некоторое время назад и быстро несся по волнам под ясным ночным небом.

На палубе собрались члены команды, которым тоже не спалось, они расселись маленькими группами. Ватанабэ окинул их быстрым взглядом и, не заметив знакомых лиц, нашел свободный угол и присел на корточки. Морской бриз обдувал ему лицо. «Кувата мару» словно бы лучилось энергией: старое разбитое судно прорывалось сквозь волны и двигалось вглубь океана.

<p>(8) Нападение на лабораторию</p>

Одно из преимуществ работы в лаборатории, где трудятся всего три человека, заключается в том, что не нужно быть слишком пунктуальным. Когда Ли Шили добрался до работы, было уже девять часов. Он издалека увидел дым от мусоросжигательной печи и понял, что Чэнь Янь на месте.

Только подъезжая на велосипеде к лаборатории, он понял, что дела плохи. У входа собралось около дюжины людей, которые сбились в компании по двое и по трое, они болтали друг с другом, даже не надев масок, как будто это не вонючая свалка, а площадь в центре города.

Ли Шили поставил велосипед на стоянку, взял в руки рюкзак, пакет из KFC и пошел в сторону лаборатории.

Из окна на втором этаже показалось лицо Чэнь Яня, который махал рукой Ли Шили. Тот не стал задумываться о том, что имеет в виду старший товарищ, он просто хотел побыстрее попасть на рабочее место. Ли Шили достал ключ и приготовился открыть дверь.

По звону ключей группа, стоявшая у входа в лабораторию, поняла, что этот высокий, худой молодой человек и есть их цель, и все тут же столпились вокруг.

– Вы что творите, ребята?

Ли Шили огляделся и обнаружил, что на него напирают эти непонятные визитеры.

Он напрягся, вспомнив школьные годы, когда над ним издевалась группа хулиганов-двоечников.

– Ты здесь работаешь? – спросила девушка на несколько лет старше Ли Шили, одетая в дорогущий красный спортивный костюм, который совершенно не подходил обстановке.

– Да.

– Вы понимаете, что с вами не так, ребята? – громко спросил какой-то мужчина.

Ли Шили выпрямился и огляделся, люди держали в руках плакаты с лозунгами «Защити окружающую среду, защити свой дом».

Ли Шили и сам вступил в такую организацию еще в школе и митинговал на улицах, чтобы уменьшить выбросы углекислого газа, и ратовал за то, чтоб всем пересесть на велосипеды. Но почему экологи собрались у лаборатории?

– С нами? А что с нами не так? – недоумевал Ли Шили.

– Молодой человек, возможно, вами воспользовались, и это не ваша вина, – сказал Ли Шили какой-то парень в клетчатой рубашке примерно одних с ним лет, но со стариковскими интонациями. – Это место нужно закрыть!

– Закрыть?

– Да, закрыть! – повторил парень в клетчатой рубашке. – Вы причиняете людям вред, вас нужно остановить!

– Мы никому не вредим, это лаборатория, мы проводим исследования пластиковых отходов, – объяснил Ли Шили.

– Какой смысл с ним вообще разговаривать? – Женщина средних лет с химией на голове оттолкнула Клетчатую рубашку и протиснулась вперед, сунув под нос Ли Шили плоский экран. На экране была изображена их лаборатория, а из трубы валил белый дым.

– Что это? – спросила кучерявая женщина.