Читаем Планета Номер Ноль полностью

Просторной рясой


Два года с ума сводили

Хитросплетенной заразой


Охотник, который промазал

Стреляет всегда до упора


Толпа растерзала жертву

И камень свой катит в гору


Невинный? Ошибка вышла

Пожмёт равнодушно плечами


Снова вожди обманули

Восторженными речами


Пустили нам газ веселящий

А кислород перекрыли

Мы рты широко открывали

Врагов беспощадно крушили


Здесь мы настоящие люди

И наша обида священна


Мы родине верно служили

Кололи ее внутривенно


Мечтали о войнах и смерти

Ведь это приятнее жизни


В отравленном мозге

Возились

Ленивые

Скользкие слизни


54


У них

Ни совести, ни чести

Вассалы Китая

Поборники мести


Любовь к погребенью

В крови от рожденья

Ухмылка маньяков

Гнусавое пенье

Придворных актеров

Пронзает экраны

Наносит безумцам

Тяжелые раны

Сидят инвалиды

Ни дна, ни покрышки

А дни утекают

Игра в кошки-мышки

Нелепое дело

Скучней не бывает

Все лучшие мысли

Гниют и сгнивают


Сопливые драмы

На сцене болотной

Где зельем обильно

Кропят приворотным

Плешивые головы

Жалкие лица

Покрытая грязью

И жиром столица

Плюет на проспекты

Весеннею тьмою

Сжимает тоннели

Корявой рукою


И дождь

Вечно юный

Сын верной природы

Глоток неизбежной

Блаженной свободы


55


Кто зло желает извести

Сам преисполнен зла

Ползут по выжженной земле

Размытые слова

Скрывают крошечных детей

Под крепкой скорлупой

Лес превращается в туман

Мерцающий огонь

Бледнее бледного

Сквозит

В ночи

Едва-едва

Крадется дьявол

На цепи

Ведёт с собой козла

Он из копытца

Пьёт до дна

Алёнушка мертва

Повсюду слышен

Перебор

Горит дурман-трава


Пропитан дымом

Каждый дом

И поезд в тупике

Отсюда нужно уходить

Скорей и налегке

От шпаги тень

И над Москвой

Кровавых скакунов

Летит табун

А во дворце

Лобзают колдунов


Открылся ящик

И со дна

Поднялся рой страстей

Творятся страшные дела

И тут не ждут гостей


Но превратиться

В вечный ноль

Безумие вождя


Не потеряет силу соль

Облезет мишура

И потечёт янтарный воск

По серой мостовой

Когда закончится война

И прекратится боль


56


Проклятые поэты

Мещане-авангардисты

В России легко быть чёртом

Неистовым фетишистом

Найти в первородном иле

Смердящую, жалкую мерзость

Замазать глаза и уши

Позволить любую дерзость

Стать мастером-лизоблюдом

Лежать на расколотом блюде

Смотреть, как в руинах гибнут

Несчастные, тихие люди


57


Доживём ли до правды?

Милосердная радость

Изнурённо привалится к двери

И с обрыва нырнут

В леденеющий омут

Ослабевшие грозные звери


Перепилит замки

Ангел нашей любви

Превратит подлецов

В золотистые травы


Мы во сне строим мост

Неземной красоты

Мы больны состраданьем

И правы

Смерти нет

Для того, кто не делает зла

Приготовлены новые крылья

Посмотри

В облаках

Нежный отблеск луны

Метеоров и звёзд

Изобилье

Там, в собранье

Предвечно рожденных

Богов

Тайный замысел

Новых созданий


Отодвинуть придётся

Телесный засов

Убежав

Ото всех расстояний


58


Страх убивает совесть

Серая краска в моде

Лихо в пустых кварталах

С бритвой опасной бродит

Черви в грязных одеждах

Мухи в дырявых карманах

Кажется, есть надежда

Только у вечно пьяных


Только у бессердечных

Катится всё по маслу

Кажется лицемерным

Что быть другим опасно


Прячут двуличную правду

В потном, замученном теле

Ненависть пожирает

Свет превратили в тени


59


Оглупевшее племя

Опомнись!

Одумайся и очнись

Сургучом запечатали мысли

Держат на привязи жизнь

Всё на продажу

Лепят

Жупелы денно и нощно

Дикость уже запредельна

Бесы засели прочно

Душат имперским суслом

Дышат кровавой пеной

И затыкают уши

Топотом

Оголтелым


60


Вертухаи, терпилы

Доносчики и вахтёры

Актрисы из пластилина

Тупые актёры

Предавать свою совесть

Легко и не больно

Ваше сиятельство

Будет довольно


Кривляйтесь получше

Выгибайтесь красиво


Пайку хватайте

И жрите лениво


Неторопливо

Вплетайте ленты

В похоронные марши

Ангажементы

Принимайте бездумно

Всё на потребу


Ладан курите

Блестящему Фебу


Сладким обманом

Живите небрежно

И опускайтесь

Во тьму

Неизбежно


61


Искали клады

Ступали по травам

Божественным утром

Вдыхали воздух

Непостижимо весенний

Резкий

Каждый из нас

Необъятный остров

Спал океан

Обнимали утёсы

Горькие волны

Трепали ветры

Кроны

Густых

Ароматных сосен

Невероятно богатый

И щедрый

Лес

Был пристанищем

Чутких

Усталых

Странников

На удрученной планете

Мы прикасались

К древнему царству

В долгом пути

Постаревшие дети


62


Слепой от рожденья

Не знает цветов

За грязным окном

Звон тяжелых оков

Единственный путь — убивать

И рубить

Узлы

Не распутать

Коварную нить

Экстаз некрофила

От смерти чужой

Он чувствует радость

Волшебный покой

Когда проникает горячая сталь

В дрожащее тело

Сгорает печаль

Возвышенный крик

Изумлённый народ

Ласкает губами

Гнилой эшафот

Упырь сладкозвучный

Зовёт на поклон

Он близок и нежен

Он ввысь устремлён

К величию власти

В несчастной стране

Где спрятано горе

В замёрзшем огне

Где море

Увы

Безысходно больных

Опухших от глупости

Жадных, пустых

Колышется


Вечный прилив и отлив

Сломал горизонт

Вскрыл смердящий нарыв

И тайны разлились

На вязком песке

Висит наша жизнь

На одном волоске


Качается лодка

Кончается век

Что стало с тобой

В жутком сне

Имярек?


63


Растущая ночь

Угасающий день

Кто любит меня

Кроме верных детей?

Миллионы минут

Собираются в рой

Я молча стою

Над высокой волной


Смотрю на пожары

На том берегу

Ничтожества ловко

Сгибают в дугу

Привычные спины

Под властью вранья

Застыла в обугленном рту

Спорынья

Пустейших голов

Умирающий взгляд

Пронзает живущих

Всегда невпопад

Легко перевёртышам

Ползать, скулить

Из ржавого следа

Растерянно пить


Перейти на страницу:

Похожие книги

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы