Читаем План одинокой судьбы полностью

— В моем мире есть такое понятие, как презумпция невиновности, — продолжил он. — Оно подразумевает, что нельзя никого обвинять до тех пор, пока его вина не будет доказана. Пока что Лика ведет себя вполне доброжелательно и уже помогает нам по хозяйству. Не напомнишь — ты когда последний раз стирала нашу постель?

— Я — не прислуга! — булькнула она кофе.

— Вот и я об этом, — кивнул мужчина. — А кто же тогда из нас прислуга — я? Или может быть Лика? С чего ты вообще взяла, что это чья-то обязанность? Если я хочу ходить или спать в чистом — я стираю. Сам. Если хочу носить целое и опрятное, то сам учусь шить и штопать. В этом и состоит жизнь взрослого ответственного человека, помимо его основной цели или специализации. — Он подсел ближе и приобнял Виту за плечи. — Ты как-то упоминала об исследовательской команде. Так вот я считаю, что самую хорошую команду подкидывает нам жизнь. Только нужно суметь не отпугнуть людей, предназначенных тебе судьбой.

Вита положила голову ему на плечо.

— Значит, я для тебя тоже важна?

— Конечно! — Он постарался вложить в ответ максимум твердости. — Мы с тобой вообще на первом месте. Мы, так сказать, основа.

Он помог развесить белье вернувшейся Лике и засел с книгой в хижине за столом. В голове крутилось несколько вопросов и было бы здорово разобраться в них до следующего спуска. Бумагу с планом лабораторий он доставать не стал. Некоторые названия и так крутились в памяти, а показывать Лике заметки тоже не стоит. Наверняка вызовет расспросы, на которые придется либо выдавать информацию, либо врать. А ему этого очень не хотелось.

Пришла Вита. Сунулась сбоку к книге и в очередной раз попыталась хоть что-нибудь понять. Не смогла. Печально вздохнула и отошла.

— Я могу взять планшет?

— Нет, — ответил он, не отрываясь от книги. — Пока не стоит туда лазить.

— И чем мне заняться?

Игорь только пожал плечами. А через пару минут его обняли, уткнувшись носом в затылок.

— Даже не уговаривай! — отрезал он.

— Хорошо. Не буду.

Оказывается, это была Лика. Он даже не заметил, когда одна вышла из хижины и зашла вторая. Отныне нужно быть повнимательнее. И следить за тем — что, когда и кому говоришь.

Она покорно ушла на свою постель, а Игорь снова вернулся к чтению. Сконцентрироваться удавалось плохо. Мысли безостановочно скакали между содержанием и бытовым вопросом. А и вправду — что дальше? На что рассчитывать в сложившейся ситуации, что планировать? С одной стороны, еще один человек в их команде очень даже кстати. На Лику можно возложить обязанности по хозяйству. Гораздо приятнее лазить по темным подземельям зная, что дома ждет уют и еда.

С другой стороны, здесь тоже все не так просто. Если кто-то вышел на Путь и не достиг своей цели, ни один мир не потерпит такого человека дольше нескольких дней. Об этом гатеры предупреждали всех путников, решивших «сойти» на половине дороги. И это значит, что Лика наверняка скоро их покинет. Либо захочет уйти сама.

Надо будет объяснить этот момент Вите. Ей так будет спокойнее.

— Я ушла! — прервала его размышления девушка.

— Далеко?

Он повернулся и увидел ее в дверном проеме. Кстати, надо не забыть про двери и окна.

— Насобираю еды для малышни. Должен же кто-то заботиться о животных.

— Рогатину взяла?

Вита продемонстрировала зажатое в руке оружие и ускакала. Вот и хорошо: чем больше занят человек, тем меньше глупостей посещает его голову. Игорь подумал, что еще нужно связать переноску для зверьков.

Почему-то увлеченность одним всегда затмевает остальные дела. В самом начале, занимаясь постройкой хижины и обследованием территорий, он совершенно забыл про музей и сооружения. С головой ушел в деятельность, которой не наигрался в юности. Засесть в лесу с друзьями на целое лето, построить вот такую же хижину, ловить рыбу, загорать и много-много купаться — вот его несвершившаяся мечта. А здесь было все, кроме друзей. Но жизнь разбросала их так далеко друг от друга, что не удавалось даже собраться вместе. Они и списывались крайне редко. Не звали друг друга на свадьбы.

Вот и думай теперь — а была ли дружба?

Влажный горячий язычок лизнул его в шею, отвлекая от удручающих мыслей. Острые ноготки нежно царапнули по спине. Сердце ощутимо забарабанило изнутри по грудной клетке. Сознание настойчиво смещалось на второй план под влиянием горячего дыхания, мягких губ и запаха женщины. Из-под руин благопристойности и рассудка наружу уверенно выбирался самец. Сейчас наступало его время.

Игорь немного пришел в себя уже на спальном месте на полу от негромких, но непривычных вскриков Лики. Успел удивиться, что впервые в жизни не контролирует процесс и был снова вытеснен возмущенным самцом, чтобы вернуться уже в самый сладостный момент окончания. Мышцы внизу спины были на грани судороги. И, кажется, где-то даже хрустнул сустав. По всему телу обильно стекал пот, теряясь в моховой подстилке.

Снизу улыбнулась довольная Лика. Она тоже вымоталась. И на груди с левой стороны чуть пониже ключицы у нее подергивалась одинокая мышца.

— Блеск! Ну, конечно! Стоило только уйти…