Орудием массового уничтожения населения Польши стали 164 концентрационных лагеря, созданных гитлеровцами на польской земле. Какое бы официальное название они ни носили — штрафной, трудовой или воспитательный лагерь и т. n., все они были механизированными фабриками смерти. Цель их была одна: уничтожение заключенных после использования их как рабов. Самым крупным гитлеровским лагерем уничтожения в Польше был Освенцим. Комендант лагеря нацистский палач Гесс на Нюрнбергском процессе признал, что «по крайней мере 2,5 млн. жертв было там истреблено путем отравления в газовых камерах и сожжения и по меньшей мере еще 500 тыс. человек погибло от голода и болезней. Таким образом, общая цифра погибших достигает приблизительно 3 млн. человек, то есть 70 или 90% всех лиц, направленных в Освенцим. Остальные заключенные попали в число отобранных для использования на принудительных работах на промышленных предприятиях... Пригодных к работе направляли в лагерь, остальных немедленно посылали на фабрики истребления. Маленьких детей истребляли всех, так как они не могли работать».

Прежде чем уничтожить физически крепких заключенных Освенцима, гитлеровцы выжимали из них все соки на расположенных поблизости гигантских предприятиях немецких концернов — заводе синтетического бензина «буна», принадлежавшего «ИГ Фарбениндустри», где использовался труд 25 тыс. заключенных, заводе Круппа «Унион» и др.

Всего за годы оккупации гитлеровцами было уничтожено 6 млн. польских граждан — свыше Vs населения страны. Разработанный гитлеровцами в 1940 году так называемый «генеральный план для Востока» предусматривал, что уцелевшая от немедленной расправы часть польского населения — около 20 млн.— будет выселена в Западную Сибирь (!) и обречена там на постоянное вымирание.

Пример Польши наглядно показывал, какую трагическую судьбу готовили германские империалисты всем народам мира.

«Странная война» и ее горькие плоды

Не прошло и года после нападения гитлеровцев на Польшу, как многие страны континентальной Европы были либо оккупированы, либо контролировались фашистской Германией. Успехам фашистов во многом способствовала довоенная политика западных держав. Интересно в этом отношении высказывание американского публициста У. Ширера, утверждающего, что западные державы проиграли битву за Европу в 1935 году, когда они допустили возрождение и легализацию нацистских вооруженных сил; в 1936 году, когда они палец о палец не ударили, чтобы помешать вступлению частей вермахта в Рейнскую область; в 1938 году, когда они в Мюнхене выдавали на растерзание Гитлеру Чехословакию¹. Но дело заключалось также и в том, что после разгрома Польши гитлеровцы имели благоприятные условия, позволившие им без помехи осуществить широкую военную подготовку для нанесения удара по позициям западных держав.

На протяжении восьми месяцев, с сентября 1939 года до мая 1940 года, французские армии и английский экспедиционный корпус отсиживались за мощными укреплениями «линии Мажино» и никаких военных действий против вермахта не вели.

«Странная война» (или «сидячая война», как ее называют обычно немецкие историки) не была случайной. Она явилась прямым продолжением довоенной мюнхенской политики западных держав. И в новых условиях правящие круги Англии и Франции вынашивали планы сговора с фашистской Германией для направления гитлеровской агрессии в сторону Советского Союза. Еще 8 сентября 1939 г. испанский посол в Берлине сообщил гитлеровцам, что министр иностранных дел Франции Боннэ сейчас озабочен тем, как прийти к соглашению с Германией, он ждет лишь окончания операции в Польше².

В октябре 1939 года английская газета «Ньюс кроникл», характеризуя политические настроения влиятельных лиц в руководящих кругах Англии, писала: «Наши твердолобые и сейчас все еще носятся с идеей стравить Россию и Германию, с тем чтобы они к нашей выгоде вцепились друг другу в горло».

Особенно большие надежды они связывали с советско-финской войной зимой 1939/40 года. Не ограничиваясь поставками в Финляндию большого количества военной техники и снаряжения, Англия и Франция планировали направить туда 150-тысячный экспедиционный корпус. Отборные англо-французские части отправлялись на Ближний Восток, готовясь принять участие в нападении на Советский Союз с юга.

Не отрезвило мюнхенцев и окончание советско-финской войны в марте 1940 года. «Простой здравый смысл показывает,— говорил в палате депутатов Франции реакционер Фернан-Лоран, обращаясь к премьер-министру Рейно,— что у нас не останется никакой возможности проявить инициативу, если мы не решим напасть в соответствующий момент на Советскую Россию с севера или с юга. Мы упустили случай напасть на нее с севера. Возможность нападения с юга остается».