Читаем План Б полностью

Присцилла на мгновение прикрыла глаза, потом снова открыла их и всмотрелась в спокойное лицо Рен Зела. Она вынуждена была оставаться за своей Стеной, так что эмоции окружающих читала только по неверным подсказкам выражения лица и положения тела. Рен Зел, как и большинство лиадийцев, прекрасно умел не проявлять свои чувства внешне.

— В течение часа вся команда получит оповещение, — проговорила она и набрала в легкие воздуха, чтобы суметь вытолкнуть из себя следующие слова: — Корабль принял меня в качестве капитана.

Все так же бесстрастно Рен Зел наклонил голову.

— Есть ли сведения… о капитане йос-Галане? — Присцилла покачала головой, молча указав на экран с диаграммой, изображавшей спуск спасательной шлюпки номер четыре.

— Он опустится на поверхность планеты в ближайшие несколько часов. После того как спасательная шлюпка сядет, мы наладим ударный луч связи. На данный момент мы будем считать… что капитан йос-Галан жив, но не может к нам вернуться. Обстоятельства требуют, чтобы кораблем командовал капитан.

— Будем считать… — повторил Рен Зел.

В его голосе звучал интерес без осуждения, что было вполне благоразумно для человека, выросшего в культуре, где суждение, высказанное относительно вопроса, не входящего в круг законных интересов человека, могло привести к поединку чести. Присцилла имела право не ответить ему, но ей пришлось бы покривить душой и поставить под угрозу собственное меланти, если бы она усмотрела в его вопросе нечто оскорбительное.

— Будем считать, — подтвердила она и постаралась улыбнуться. Намерение у нее было доброе, но улыбка получилась очень бледная. — Вы должны понять, что я… закрылась. Отрезала себя от умений Целителя. Есть процедуры, которые я вскоре проделаю для того, чтобы служить кораблю так, как следует, но в настоящий момент я знаю о капитане йос-Галане не больше того, что мне говорят следящий компьютер и мои собственные надежды.

В карих глазах мелькнуло какое-то чувство. Присцилле показалось, что это была жалость.

— Понимаю. Простите меня. Я не хотел причинить вам боли.

— Вы имеете право спрашивать — знать. Ведь Шан — ваш капитан.

— Да. Я обязан ему жизнью, — признал Рен Зел. — И вам тоже.

«Поскольку невозможно заплатить непосредственно Шану», — с грустной иронией подумала Присцилла и постаралась подавить тревожную дрожь. Она прижала ладони к крышке стола и посмотрела на него.

— Тогда, возможно, это предложение покажется вам еще более интересным, — проговорила она и чуть наклонила голову набок, заметив в глубине его глаз беспокойство. — Вы знаете, что у нас некомплект команды. Мы недоукомплектованы людьми с того момента, как «Долг» превратился в полномасштабный боевой корабль.

Рен Зел кивнул.

—_ А с потерей пилота Джонсона и капитана йос-Галана наши людские ресурсы стали еще меньше.

— Вот именно. На корабле… достаточно укомплектованном второй помощник переходит на место первого, третий — на место второго, и капитан избирает третьего.

— У нас нет такой роскоши ресурсов, — согласился он. — Мы в состоянии войны.

Она кивнула.

— Кораблю необходим первый помощник, и капитан должен решить, кто лучше послужит кораблю. Я выдвигаю вас на место первого помощника — если вы не знаете какой-либо веской причины, которая бы этому препятствовала.

Потрясение обнажило его чувства. Он сидел — сидел совершенно неподвижно — и несколько секунд только смотрел на нее. А потом он закрыл глаза и так сидел еще пару секунд. Затем снова открыл, взгляд стал бесстрастным, лицо — замкнутым. Заговорив, он перешел на высокий лиадийский, в модальности, называемой Чужак.

— Капитану напоминают, что данная личность лишена клана и не имеет за собой ни имени, ни родни, ни меланти. Кораблю лучше послужил бы тот, кто жив.

— Капитан совершенно ясно помнит, что вы были лишены того, что принадлежало вам по праву рождения, — проговорила Присцилла, тщательно подбирая слова. Она следом за ним перешла на лиадийский, но только на товарищескую модальность. — Капитан напоминает вам, что на вашей лицензии пилота значится имя: Рен Зел дэа-Джуден. Капитан не может припомнить ни единого случая, чтобы в течение нескольких лет нашего знакомства это имя было бы обесчещено. Воплощаемое вами меланти ничем не запятнано. Невозможно служить кораблю лучше.

В светло-карих глазах встали слезы, а она не смела убирать Стены — даже для того чтобы дать утешение. Вместо этого она сидела и ждала, пока он овладеет собой и обдумает все, что она сказала. В конце концов он встал и поклонился в знак согласия.

— Капитан, для меня это честь. Я буду служить охотно, всем моим сердцем.

Она встала из-за стола и ответила на его поклон, одновременно мобилизуя свои знания высокого лиадийского, чтобы найти ритуальную фразу, которую произносит Делм, принимая в клан нового члена.

— Я вас вижу, Рен Зел дэа-Джуден, первый помощник. Корабль рад.

Опять слезы — но на этот раз он замаскировал их поспешным поклоном:

— Слушаюсь, капитан.

Она слабо улыбнулась и покачала головой.

— Первый урок, — сказала она на земном.

Он быстро поднял голову, блеснув светло-карими глазами: — Да?