Читаем Пламя Десяти полностью

Когда сорвало крышу и разрушенный зал Конгресса окутали холод и ночная мгла, я перестала чувствовать даже биение собственного сердца. А когда в тело начало возвращаться тепло и сквозь глухую пустоту стали просачиваться звуки, оно вдруг возобновилось с такой силой, что меня моментально вышвырнуло из сна.

Я очнулась в темной комнате, в которой никогда не была раньше. Робкие лучи света выглядывали из-под плотных штор, скользили по полу, темным стенам, высокому потолку с рельефными сводами и осторожно лизали кожу – мягко, словно спрашивая разрешения. В просторной комнате больше никого не было. Я лежала на большой двуспальной кровати, а рядом на комоде меня ожидали поднос с тремя блюдами сразу и светящееся уведомление на панели. Я потянулась к нему через всю кровать. Экран вспыхнул, и в воздухе тут же развернулось короткое сообщение:

«Лея позаботится о твоем пропитании, даже если ты не захочешь вылезать из-под одеяла еще год. Но если все же захочешь – мы будем ждать внизу. Алик».

Я потерла глаза и огляделась, пытаясь убедиться, что это не сон. Второе тут же возникшее уведомление тоже было от Алика – видимо, ему пришло оповещение, что я прочитала первое.

«Нет, это не сон».

Ноющая боль, тут же распространившаяся от спины по всему телу, была главным тому доказательством. Я спустила ноги на холодный пол. Сердце бешено колотилось в груди, будто пыталось поспеть за беспорядочным вихрем мыслей. Если все не закончилось в зале Конгресса, какой был шанс, что меня не одолевает бред?

Я вытянула руки перед собой и замерла, разглядывая синяки, ссадины и порезы, которые покрывали их со всех сторон от пальцев до самых локтей. То же было и с ногами. Когда я приподняла ночную рубашку, то постаралась не думать о том, как оказалась в этой комнате и кто меня переодел, перед тем как положить в кровать.

В воздухе вспыхнуло новое сообщение от Алика:

«Лея сказала, что оставила тебе одежду у выхода».

Я оглянулась и на кушетке недалеко от двери обнаружила стопку чистой одежды.

«Спасибо, – быстро набрала я на панели. – Куда мне спуститься?»

«Когда выйдешь из спальни, иди направо, потом вниз и снова направо до самого конца. Мы в холле, в северном крыле».

За окном шумел океан. Голова пульсировала короткими, но ослепляющими вспышками боли. На полуватных, затекших ногах я приблизилась к окну и, распахнув шторы, подставила лицо под солнечные лучи. Свет мягкой волной хлынул в сумрачную комнату.

Я понятия не имела, кто ждал меня вместе с Аликом, но точно знала, где искать северное крыло. Я находилась в поместье Брея на Кальсионе. Каждый поворот, дверь, комнату, проход мне уже приходилось видеть раньше в воспоминаниях Андрея. Резиденция Брея казалась пустой и мрачной, а также уютной и родной одновременно. После того как последние пару месяцев я достаточно часто наведывалась в сознание Андрея, меня преследовало странное ощущение, что я выросла здесь вместе с ним, провела долгие годы, бродя по темным коридорам и слушая вдалеке шепот волн, разбивающихся о скалы. Будто вся моя реальная жизнь была сном, а прошлое Андрея – моим собственным прошлым и теперь, после нескольких лет скитаний, я наконец-то вернулась домой.

Переодевшись, я спустилась вниз и еще до того, как войти в холл, услышала хриплое бормотание Нейка Брея:

– Нам неизвестно, что с Дефью. От Рекардо тоже никаких новостей.

– Дефью не было в Конгрессе, – ответил ему другой голос. – Саймона Рекардо я видел в последний раз еще до обрушения. Его ложа была недалеко от выхода, я полагал, он должен был выбраться в числе первых. Что говорит Сона?

– Что от него нет вестей, – устало отозвался Андрей, – а если так, надежды мало. Если он под завалами…

– Если он не выбрался, мы скоро об этом узнаем, – ответил ему кто-то другой, – нам нужны еще сутки.

– Вы связались со всеми, кого не было на совете? – уточнил Андрей.

– Только с половиной. Само собой, все они отрицают какую-либо связь с «Новым светом».

– Надеюсь, вы понимаете, что это лишь слова, мистер Лорес.

– Которые не значат ровным счетом ничего, – добавил Брей. – Мы не знаем, кто еще мог примкнуть к Вениамину, а раз так – все, кто лично не присутствовал на совете, могут оказаться его сторонниками.

– Это больше пятисот домов… – ошеломленно отозвался мистер Лорес.

– Значит, все эти пятьсот домов – наши потенциальные враги, – буркнул Брей.