Читаем Письмо к Мапрял (СИ) полностью

Как иногда "общественное мнение" данной науки в известной стране оскорбляется поведением людей, решающихся отделаться от ходячих мнений и взглянуть на предмет без предубеждений и предвзятых идей, доказывает пример, почерпнутый из истории русской грамматики. Тридцать пять лет тому назад Н. П. Некрасов в своем сочинении "О значении форм русского глагола", СПб., 1865, сделал попытку отнестись самостоятельно к русскому глаголу; но его перекричали и накинулись на него с ожесточением. Как-де посмел он, будучи только русским, взглянуть собственными глазами на факты русского языка и видеть в нем то, что в нем действительно есть, а не то, что ему навязывается по шаблону средневековых латинских грамматик. Своеобразное "западничество", вызванное, конечно, опасением, что в случае принятия учения Некрасова придется пошевелить мозгами, а ведь "Denken ist schwer und gefarlich!". Лучше убаюкивать себя повторением чужих мыслей, - лишь бы только не тревожить!", лишь бы только не тревожить!

Не думайте, однако ж, господа, что, делая это замечание, я, наподобие подражающих немецким мечтателям так называемых "славянофилов", ратую на какую-то особую самобытность русского или же славянского ума. Я говорю так именно потому, что не признаю национализации логики, а признаю одинаковые законы человеческого мышления вообще. Нет ни европейской, ни американской, ни французской, ни английской, ни немецкой, ни русской, ни польской науки, а есть только одна наука, наука общечеловеческая. И именно поэтому я полагаю, что право научных открытий и обобщений не взято в аренду западноевропейскими учеными, что и в головах русского или польского происхождения могут возникать самостоятельные мысли и что нет ни малейшей надобности быть покорным рабом так называемой "европейской науки" и повторять бессмысленно и без всякой критики заимствованные из нее положения.

Каждый из нас обязан смотреть собственными глазами".

Таким образом, новости в том, что отечественное языкознание давным-давно погрязло в мракобесии, и поэтому, его положения во многом перестали соответствовать требованиям, предъявляемым к подобного рода учебной литературы, являются вполне обоснованными и подтверждаемыми

2. О причинах нездоровой обстановки в отечественной филологии.

Если внимательно вникнуть в те претензии, которые предъявлены И.А. Болдуэном де Куртенэ , в частности, к царящим в России порядкам в сфере филологии, а затем тщательно их обобщить, вырисовывается следующая, крайне неприглядная картина:

А). Отечественная филология всегда позиционировала себя неким "государством в государстве", в отношении которого никто из политического руководства страны не имеет права диктовать, каким образом филологам осуществлять свою научную и познавательную деятельность.

Б). Основополагающей тенденцией научной деятельности отечественной филологии является описание всяких имеющихся фактов, т.е. явно выраженная и всячески культивируемая тенденция исторического описательства. Что же касается формирования целостного, логически обусловленного, взвешенного, сбалансированного, отличающегося глубиной собственных обобщений, то подобной задачи филология никогда перед собою не ставила.

В). В рамках существования филологических представлений отечественой науки особой ценностью накапливаемых знаний считается любое проявление эпатажности, креативности, оригинальничания, выдвижение различных симулякров, а также не подкрепляемых фактическими данными гипотез, а то и явных подтасовок.

Указанные причины , по сути, на всём пути существования академической филологии проявляли своё особое качество неистребимости, что, в частности, хорошо отмечается судя по тем событиям, которые происходили в филологии уже после того, как подавляющее число идей И.А. Болдуэна де Куртенэ было либо извращено, либо забыто, либо просто отметено как несостоятельное. Что касается меры уважения к этому учёному, то об этом свидетельствует лишь то, что за более чем вековой период в СССР (и соответственно, в России) , вышло всего одно, да и то, весьма небольшим объёмом , издание, дающее весьма узкое представление о подлинной его научной деятельности - было это ещё в далёком 1963 году.

Однако оценка , данная И.А. Болдуэном де Куртенэ весьма порочной деятельности отечественной филологии, как показала последующая практика, так нисколько и не потеряла своей актуальности и по сей день, что и наблюдается сегодня повсеместно.

3. О борьбе И. Сталина с беспорядками, царящими в отечественной филологии.