Читаем Письма. Том III (1936) полностью

Нет ли новых сведений по иску о клевете, ведь не могли же противники просто пренебречь бумагою наших адвокатов? Имейте в виду, что, по сведениям из Харб[ина], один из наших друзей (уже четыре года лежащий в постели) и одна дама были вызываемы в жандарм[ское] управление в особый отдел. Больной, конечно, не мог появиться, но дама там была и была допрашиваема о какой-то мифической политической деятельности. Судя по письму, она ответила совершенно правдиво о том, что ни у нее, ни у нас никакой политической деятельности не было, а Содружество имеет чисто воспитательную культурную задачу. Является мысль, не связан ли этот допрос с иском о клевете? Мало ли какими путями некто в сером будет стараться добывать и изобретать какие-либо подходящие для его мутной воды сведения. Сообщите адвокатам этот эпизод. Надеемся, что адвокаты исполнили Указание побывать у яп[онского] консула. Вы понимаете теперь, насколько это Указание было своевременно и насколько нужно было заручиться еще раз подтверждением бумаги из Гаймушу, копию которой Вы имеете. Мы уверены, адвокаты не упустили времени и выполнили этот настоятельный Совет. Так чувствуем, что во всех отношениях темные силы не дремлют, но в возрастающей ярости хотели бы вообще все ниспровергнуть и разрушить. Истинные двигатели — как великая любовь, так и великая ненависть, а все теплое, как и сказано в Апокалипсисе, — «но как ты тепл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих»[327]. Вспоминая изречения, вспомним также и [Евангелие] от Лук[и], 6 гл[ава], 26: «Горе вам, если все люди о вас будут говорить хорошо, ибо так говорили о лжепророках отцы их». Это изречение не мешало бы возобновить в памяти [тем], кто так боится хулы из уст темных. Как видите, о лжепророках все говорили хорошо, но такой признак лжепророка тот, кто работает на поле правды, вряд ли будет искать.

25. V. Пришли Ваши письма от 3 до 8 мая. В них много сведений, которым можно порадоваться. Идея возрождения Бюллетеня прекрасна[328]. Если Бюллетень начнется опять хотя бы в сокращенном виде, то и это уже будет полезнейшим достижением. А там — в будущем можно иметь в виду и возрождение идеи журнала. Как бы ни было сложно настоящее, но никто не запретит думать о будущем. Франсис спрашивает, которые из моих Листов подходящи? Уже есть переведенные, как «Помощь» («Хелп»)[329], «Переселение искусства» («Мигрэшен оф Арт»)[330], «Молодежь»[331], «Неизвестные художники»[332], «Гора Сужденная»[333], «Ценность Прекрасного»[334] и в таком роде. Прекрасно, что Стокс сочувствует Бюллетеню и вел последнее собрание Друзей. Мы еще не получили журнала заседаний этих собраний Друзей Музея. Как только мы получим, я с удовольствием сейчас же напишу Стоксу приветствие. Он настолько любит все фактическое и законное, что и писать ему следует о чем-то законно мне известном. Потому-то я и жалею, что до сих пор к нам не дошел журнал заседания первого собрания Комитета. Если Мор[ис] вынес хорошее впечатление от посещения Гребенщ[икова], то, во всяком случае, следует их пригласить и включить в Комитет Друзей, иначе, а в особенности при участии Москова, может произойти со стороны Греб[енщикова] явная или затаенная обида. Можно объяснить, что это делается лишь теперь по причине его долговременного отсутствия в турне. Очень одобряем идею Милликана относительно неплатежа за помещение Д. Фосд[ику]. Также пусть Зина скажет братьям Фосд[икам], [что] мы приветствуем их участие в различных Комитетах. С большим интересом прочтем посылаемую статью Дж[ина] Фосд[ика]. Мы также имели в виду и писательские способности Дедл[ея] Фосдика, которые полезно упражнять.