Представь себе, как было бы замечательно, если бы в среду, в день моего освобождения, ты вручил мне эти 150 фунтов. Как бы я им обрадовался! Какой бесценный получил бы подарок! Вместо этого все деньги тайком от меня пущены на дурацкое, необдуманное вмешательство в мои отношения с женой, на то, чтобы посеять между нами раздор и вызвать отчуждение. Наши души встретились в сумрачной долине смерти; она поцеловала меня; она утешила меня; она поступила так, как не поступила бы ни одна женщина на свете, за исключением, быть может, моей матери. И вдруг оказалось, что вы все настолько лишены воображения и способности к сочувствию, насколько мало цените все прекрасное, благородное, милое и доброе, что вы не придумали ничего лучшего — ни ты, ни Мор Эйди, ни твой брат Алек, — чем вклиниться между нами, прихватив с собой безмозглого адвоката, и сначала нас разлучить, а затем и поссорить. <…>

Мор получит мое письмо одновременно с тобой. Пусть немедленно отправляется к Леверсонам. Принять чек, датированный более поздним числом, было с его стороны немыслимой глупостью. Он сообщит тебе мои планы. Ты можешь приехать ко мне в этот городок близ Гавра. Я обрадуюсь тебе, как прекрасному цветку, и замучу тебя упреками. Тебе предстоит тяжкое искупление вины. Непременно покажи это письмо Алеку. Всегда твой

О. У.

Мне не надо тебе объяснять, что Альфреду Дугласу появляться в Гавре не следует. Напиши ему, что ты готов передать мне любое его письмо, но что он не должен пытаться встретиться со мной, пока я не дам на то разрешения. Вероятно, он хочет вернуть мои письма и подарки лично. Это можно будет сделать позже, примерно через месяц.

154. ТОМАСУ МАРТИНУ{267}

[Тюрьма Ее Величества, Рединг]

[17 мая 1897 г.]

Будь добр, узнай фамилию А.2.11. И еще фамилии детей, которых посадили за кроликов, и величину штрафа. Если я заплачу, их выпустят? Как было бы хорошо устроить это завтра. Друг мой, пожалуйста, сделай это для меня. Мне непременно нужно их вызволить. Ты понимаешь, как это для меня важно — помочь хотя бы троим мальчикам. Я был бы просто счастлив. Если это и в самом деле возможно, скажи им, что за них хлопочет один человек и что завтра они выйдут на волю, пусть радуются и никому не говорят.

ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ

БЕРНЕВАЛЬ 1897

Описание

Уайльд покинул Рединг вечером 18 мая 1897 г. Перед отъездом начальник тюрьмы вручил ему рукопись его большого письма Дугласу. У ворот тюрьмы его дожидались только двое репортеров. Одетый в гражданское платье и сопровождаемый двумя надзирателями, он был отвезен в кэбе на станцию Туайфорд, где все трое сели на лондонский поезд. Они сошли на станции Уэстборн-парк и взяли кэб до Пентонвилльской тюрьмы, где Уайльд провел ночь.

На следующее утро, в 6.15, Мор Эйди и Стюарт Хэдлэм увезли его из тюрьмы в кэбе. Им удалось избежать встречи с газетчиками, и они поехали прямо к Хэдлэму, который жил в Блумсбери в доме 31 на Аппер-Бедфорд-плейс; там Уайльд переоделся и позавтракал. Вскоре к нему пришли Эрнест и Ада Леверсоны; последняя так вспоминала об этой встрече: