Если б я знал больше Вас, а Вы меня, я бы решился высказаться прямо по поводу роли Ганны, теперь же боюсь это сделать, и вот по какой причине.

Если Ганны других театров, т. е. Малого, Корша и приезжей труппы, понравились бы публике больше Вас, Вы будете иметь повод упрекнуть меня за данный Вам совет взяться за эту роль, так как невыгодное для Вас сравнение нежелательно после Вашего первого, удачного сезона. С другой стороны, если не Вы, то означенную роль должна играть моя сестра… ¹. Положение брата в данном случае весьма щекотливое. Позвольте поставить этот вопрос на усмотрение Владимира Ивановича, тем более что без его подтверждения я не вправе передавать роли. Сегодня же я пишу ему об этом и сообщаю Ваш адрес. Я думаю, что в самом скором времени он известит Вас.

Пользуюсь случаем, чтобы сообщить Вам некоторые мои соображения по поводу роли Елены в «Дяде Ване». Светскость Ролей Аркадиной и Елены, их темперамент дают возможность исполнительнице, до некоторой степени, повториться. Это нежелательно… ². Для большей разницы между обоими образами я бы придал Елене — конечно, в спокойных местах — большую неподвижность, тягучесть, лень, сдержанность и светскость и, в то же время, еще сильнее оттенил бы ее темперамент… Забрасываю Вам для проверки эту мысль, которая пришла мне после последней репетиции. Настойчиво ищу Вам роль. Но если бы Вы знали, как это трудно! Есть чудная роль в «Столпах общества» Ибсена, но подобно Аркадиной — немолодая ³. Это нежелательно — раньше времени играть два года подряд роли, неподходящие Вам по годам. Буду искать, насколько хватит времени.

Желаю Вам от души отдохнуть и поправиться за лето.

Не откажитесь передать мое почтение Вашему брату.

Жена шлет Вам свой поклон.

Глубоко уважающий Вас

К. Алексеев

72*. Е. В. Алексеевой

9/21 июля 1899, Виши

9 июля 1899

Милая маманя,

прости, что пишу тебе на простой бумаге, но оказалось, что у меня нет ни одного листа, а в гостинице прислуга очень медлительная, не дождешься, пока допросишься какой-нибудь вещи. Прежде всего поздравляю тебя со многими торжественными днями, например со днем моей свадьбы, со днем свадьбы Кукиных, с наступающим днем Володиных именин; уж очень обилен семейными праздниками июль месяц. Всех и не упомнишь. Благодарю тебя за поздравительную телеграмму. Наконец я в Виши и начал серьезно лечиться; по правде сказать, здесь и нельзя не серьезно лечиться, так как никакого другого дела и не придумаешь. Скука невообразимая, жара… Целый день музыка и гулянье, но не то гулянье, которого можно было бы ждать от французов, оживленное, веселое… нет… Все ходят понурые, важные, чопорные и сонные… Можно было бы подумать, что я в неметчине… Что сделалось [с] французами, куда девалось их оживление, не знаю. Даже 14 июля, в день национального праздника ¹, я не видал ни одного веселого лица, ни одной остроумной шутки, ни одной горячей, патриотической вспышки. Сами французы пожимают плечами и говорят: это уже не то.