Читаем Письма 1855-1870 полностью

Вчера к обеду неожиданно явился Лич. Потом мы с ним и с Джорджи отправились в "Адельфи", где Бенджамен продемонстрировал на редкость несообразный и бездарный образчик своей игры в пьесе под названием "Один штрих Природы". Это - его собственноручная скверная переделка какой-то французской драмы. Вот одна из его блестящих находок: в сцене, происходящей близ Лонг-Энкр, он называет свою малолетнюю дочь "мадам". Кроме того, он все время мысленно мечется между мной, самим собой и еще каким-то французом, которого видел в этой роли.

Уилс шлет Вам привет, дорогой Уилки.

Искренне Ваш.

131

МИССИС ГЕНРИ ОСТИН

Париж, рю дю Фобур Ст. Опоре, 27,

пятница, 7 ноября 1862 г.

Дорогая Летиция,

Из твоего письма я вижу, что ты воспрянула духом, бодра и полна надежд. Путь твой лежит через упорный и неустанный труд. Не сомневайся в этом.

Я приехал во Францию раньше Джорджины и Мэри и отправился в Булонь встречать их пароход, который должен был прибыть в воскресенье - когда был страшный шторм. Пять часов подряд я простоял на пристани в Булони (держась обеими руками за перила). Подводный телеграф сообщил, что их корабль вышел из Фолкстона - хотя встречное судно из Булони не отважилось на такую попытку - и в девять часов вечера о нем еще не было ни слуху ни духу, а он должен был прийти в шесть. Я больше всего боялся, что пароход попытается войти в Булонь, ибо при этом смыло бы волной все, находящееся на палубе. Однако в девять часов был отлив, и потому эта отчаянная попытка никак не могла удаться, и я решил, что они, по всей вероятности, ушли в Даунз и проболтаются там до утра. Поэтому я в сильном волнении отправился в гостиницу, чтобы высушить свою куртку и пообедать. Около десяти часов они прислали телеграмму из Кале, куда только что прибыли. На следующее утро я помчался к ним, опасаясь увидеть их полуживыми (ведь они чуть не утонули). Однако оказалось, что они тщательно разряжены, готовы ближайшим поездом выехать в Париж, а самое удивительное - ничуть не испуганы! Всю дорогу они болтали с молодой женщиной и ее мужем-офицером (единственными, кроме них, пассажирами первого класса). Как водится, в конце путешествия оказалось, что с ним (в сухом виде) они были хорошо знакомы еще с Чатама. Он только что женился и едет в Индию! Поэтому они устроили общее хозяйство у Дэссена в Кале (где меня хорошо знают), и у них был такой вид, словно они проводят там лето.

У нас здесь славная квартирка, но страшно сказать, сколько мы за нее платим. Миссис Баунсер * (которой парижская полиция приказала надеть намордник) тоже здесь и, укрощенная подобно свирепому льву, являет поразительное зрелище на улицах.

В нашем посольстве я узнал, что император только что предложил нашему правительству совместно с Францией (а также с Россией, если Россия захочет) призвать Америку прекратить жестокую войну. Ответ нашего правительства еще не получен, но я совершенно уверен, предложение будет отклонено на том основании, что "время еще не настало".

Любящий.

132

У. Г. УИЛСУ

Париж,

вторник, 25 ноября 1862 г.

Дорогой Уилс,

Я предпочитаю прилагаемую верстку со следующими изменениями.

Этот номер недостаточно выразителен для стихотворения Оллиера (оно сентиментально), и поэтому лучше заменить его чем-нибудь другим. Лучше всего раздобыть хорошую прозаическую вещь, вставить ее после Мэррея, а освободившееся место заполнить статьей о хлопке. В оглавлении я такой вещи не вижу, но, быть может, у вас есть какая-либо подходящая рукопись? Что-нибудь легкое и приятное - только не в стихах - весьма улучшило бы номер.

По-моему, сейчас уже не стоит отсылать гранки, поэтому продолжу относящиеся к ним замечания.

Вычеркните из Мэррея все "шикарные" словечки - вроде "заварухи" и тому подобного кривлянья. Полностью вычеркните последний абзац насчет его доброго коня.

Сокращая статью о хлопке до требуемых размеров, не вычеркивайте ничего из первого оттиска. Ибо Манчестерская школа * заслуживает того, чтобы ее хорошенько вышколили за доведенный ею до дичайшего абсурд, догматизм спроса и предложения, а также за ослиное упрямство, с которым она утверждает, будто люди не станут воевать вопреки своим интересам. Как будто страсти и пороки людей испокон веков не противоречили их интересам!

Мисс Эдвардс я сделал.

"Огонь" лучше распределить и, конечно, заплатить за него. Это просто раствор - и притом весьма сухой - хорошо известной вещи из "Домашнего чтения".

Если Спайсер в городе, пусть он напишет забавную вещицу, изобразит в ней самого себя, коренного лондонца, к которому приехали в гости, скажем, семеро скромных провинциалов (все они отчаянные британские ура-патриоты, по мнению которых все прочие империи и государства пребывают во мраке), и подробно расскажет о том, как всех их в течение одного дня колотили, сбивали с ног, душили, грабили и чуть было не прикончили. Или пусть что-нибудь в этом роде напишет мистер Холлидей.