Но с той же эффективностью они бы могли не делать ничего. Гибель ста миллионов человек – это не то, что можно назвать лёгким грузом на совести. Тем не менее первым порывом было отказаться. Уже сейчас под моей ответственностью жизни пятнадцати тысяч пассажиров и членов экипажей укрывшихся рядом кораблей. Все они могут погибнуть, если я решу помочь станции.

– Нужен кристаллобетонный повод, чтобы отказаться от авантюры, в которую меня пытаются втянуть, – подумал я и направил все мощности ИскРа на поиск путей спасения станции.

Чем больше считал, тем яснее осознавал – шанс есть! Едва ли у меня будет больше пятидесяти процентов на успешное выполнение задуманного манёвра, но теоретически это было возможно. А потому я уже не мог сказать прибывшим своё твёрдое «нет». Ещё пару минут потратил, чтобы максимально повысить наши шансы на выживание, после чего нажал на капитанском пульте кнопку общего оповещения и сообщил:

– Внимание всем! Говорит Торен Орхис, капитан БДК «Меркурий». Станция Брагос просит нашей помощи. Я принял решение её оказать. Через пять минут мы начинаем манёвр схода с якоря и перемещения к планете. Всем включить двигатели и внимательно отслеживать траекторию движения, которую вам будут транслировать связисты «Меркурия». Заранее прошу прощения за своё решение, которое может стоить многим из нас жизни.

Не слушая ответные панические вопли, сконцентрировался на предстоящем манёвре. Двигаться придётся вслепую – все сенсоры корабля были давно ослеплены пси-штормом и после потребуют много времени на калибровку и восстановление. Права на ошибку не было. Промажем мимо планеты – и всё, не имея достаточно крепкого якоря в виде звезды или другого массивного космического тела, мы будем подхвачены штормом и унесены в дальние дали, откуда нам уже никогда не выбраться в привычный космос.

Пять минут пролетели как один миг, и вот Мара уже сформировала на голографической сфере рубки тонкую ниточку относительно безопасной траектории движения, а я отключил часть систем, что до этого удерживали «Меркурий» от дрейфа. Границы сферы «штиля» сыграли роль паруса, отбросив корабль от звезды, будто листок, сорванный с ветки штормовым ветром. Не знаю, побили ли мы при этом рекорд скорости перемещения внутри одной звёздной системы, но то, что развили колоссальную относительную скорость – несомненно.

Я прекрасно осознавал, что бороться со штормом подобной силы было бессмысленно. Всех мощностей «Меркурия» было бы недостаточно для того, чтобы просто удержаться на одном месте, но удары пси-шторма не были хаотичными, в них прослеживалась некая система, последовательность, исходя из которой можно было попробовать оседлать очередную волну, и уже она должна была донести нас прямо до цели. Понятно, движение следовало начать в один чётко высчитанный момент с миллисекундной точностью. Человеку сделать подобное крайне сложно, но в режиме слияния с ИскРами я был на такое способен, хотя малейшая ошибка стоила бы нам всего.

Как можно было описать те минуты свободного полёта в объятьях шторма? Восторг и ужас. Ужас и восторг с лёгкой примесью сожаления – не все корабли сумели или захотели присоединиться к нашему опасному перелёту. Многие посчитали задуманное невозможным и решили спасаться самостоятельно. Мне оставалось лишь пожелать им удачи.

Когда в один чётко рассчитанный момент система «якорь» снова была включена, все вздохнули с облегчением. В радиусе одной световой секунды от нас были обнаружены планета Брагос-1 и вращающаяся вокруг неё космическая станция, фонящая в пси-диапазоне эмоциями паники и безнадёжности миллионов людей, которые ещё не поняли, что помощь в лице БДК «Меркурий» и его сумасшедшего капитана уже прибыла.

Эпилог

«Изумруд», а точнее «Изумруд-Т1», тестовая версия моего нового космического корабля сверхмалого класса, аккуратно всплыл из глубины, оказавшись в обычном космосе. Все системы работали если не идеально, то близко к этому. Недаром я столько времени потратил на проектирование и подгонку самых лучших двигателей и пси-генераторов для кораблей сверхмалого класса, которые только можно купить за деньги.

Со времени завершения шторма тысячелетия прошло уже четыре месяца, но я смог только сейчас выбраться из закрутившейся круговерти событий, порождённой им.

Для станции Брагос наше появление стало манной небесной, но, ответив на приветствия, я поспешил воспользоваться теми благами, что мне были обещаны за риск. Как известно из старинной английской поговорки, оказанная услуга ничего не стоит, поэтому пять миллионов кредов были потрачены сразу и полностью на приобретение огромной партии вооружения, корабельного оборудования, пси-кристаллов, пси-активных материалов и кучи других вещей, на которые я ранее мог лишь облизываться. Всё это было доставлено на борт ещё до окончания шторма. Это я мотивировал обширными повреждениями, которые получил «Меркурий» во время перелёта.