Читаем Пикник: сборник полностью

— То есть вы… но как же… это ведь дико трудно?

— Ничуть. Я уже сто лет так читаю.

— Но это ведь напряженье какое? А не проще обычным способом?

— Так увлекательней. И я к тому же привык.

Он бегло, робко усмехнулся и почему-то напомнил ей белочку.

— Это у меня с детства. Я страшно увлекался разными шифрами и прочее. Знаете, как все мальчишки — переворачиваются слова, опускаются буквы, гласные заменяются на иксы, на игреки. Я стал писать фразы задом наперед, ну, а тут уже один шаг к тому, чтоб читать вверх тормашками.

И опять мисс Страттон от изумления не могла из себя слова выдавить.

— А вот вы сами попробуйте. — Он протянул ей «Таймс». — Это удивительно просто, если, конечно… нет, правда, надо только сосредоточиться.

— Ой, да что вы, да разве я…

— Попробуйте.

Мисс Страттон оглянуться не успела, как он уже сидел Рядом. И они оба держали «Таймc» вверх тормашками.

— Шапку попробуйте. Вот тут.

Полминуты примерно мисс Страттон шарила по газете взглядом из-под дымчато-розовых стекол, как ребенок, первый раз в жизни приступивший к чтению.

— Ничего не разберу. Китайская грамота какая-то.

— Ну. Это же так легко. Тут сказано: «Во Вьетнаме сбиты вертолеты Соединенных Штатов. Партизаны в Южном Вьетнаме понесли тяжелые потери».

— Ой! Ну да! Теперь вижу. Какая же я дура!

— Ничего подобного. Просто тут практика нужна.

Он хохотнул коротеньким звонким смешком, который ужасно понравился мисс Страттон. Ну просто мальчишка.

— Любопытно, что когда так вот читаешь сто лет, обычный способ уже представляется странным.

— Да, конечно, конечно.

— Все зависит от точки зрения. Ведь мир, в сущности, тоже перевернут вверх тормашками, вы не находите?

Тут мисс Страттон тоже рассмеялась и сказала, что, конечно, конечно, и она так находит.

— А знаете, — вдруг опять заговорил он, — вы ведь первая мне указали на то, что я читаю вверх тормашками. Сотни людей в поезде годами смотрят, как я читаю, и хоть бы кто слово сказал. Может, стесняются, а может, считают меня сумасшедшим. Вы меня не считаете сумасшедшим?

— Ой, ну что вы. Что вы.

— Это всего лишь отказ от условностей…

— А с цифрами вы тоже так можете?

— А-а! Цифры — конечно. Я произвожу сложение задом наперед и прочее. Упражнение для ума. Такая гимнастика.

Минут пять или больше поезд еле полз. Чуть нервничая, новый знакомый мисс Страттон вынул из жилетного кармана часы на тоненькой золотой цепочке и глянул на них.

— Так и есть. Опять опаздывает. Форменное безобразие эта линия. На прошлой неделе мы каждый день опаздывали минут на десять, а то и больше.

— Вечером еще хуже.

— Да, конечно. Вы каким ездите? Шесть десять?

Да, она всегда ездит на шесть десять, сказала мисс Страттон. Хотя ездила она исключительно на пять двадцать.

— Я вас, по-моему, раньше не видел. — Он быстро глянул на ноги мисс Страттон, как всегда облаченные в разные чулки, один зеленый, другой синий. — Уж я бы запомнил.

Мисс Страттон почувствовала, что краснеет, и не нашла ни слова в ответ.

— Я раньше ездил на пять двадцать, — сказал он. — Но это просто сумасшедший дом. Та еще давка.

— Наверное, вы меня не видели, потому что обычно я езжу во втором классе.

— А, да-да. Возможно, возможно.

Опять он бросил быстрый, внимательный взгляд на чулки мисс Страттон. Чулки эти поразили его не меньше, чем ее поразила перевернутая газета. Зачем надо женщине ходить на службу в разных чулках? Ужасно странно. Ее же за сумасшедшую можно принять.

— Я обычно заглядываю в бар напротив вокзала выпить стаканчик хересу, — сказал он. — После работы. Отлично снимает усталость. Вы не хотели бы составить мне компанию, скажем, сегодня вечером?

Совершенно неизвестно зачем мисс Страттон вдруг брякнула, что она как-то не знает. Это кой от кого зависит.

— А-а. Все ясно.

Мисс Страттон, изобретя «кой-кого» под влиянием минуты, исключительно от растерянности, уже ломала голову, как бы вновь обрести свободу.

— Ну что ж, может, как-нибудь в другой раз. Кстати, моя фамилия Флетчер.

— Спасибо вам большое, мистер Флетчер. В общем-то, я ведь могу туда позвонить.

— Да? Правда? Вот и отлично. Херес там превосходный. Конечно, можно и другое что-нибудь заказать. Бокал бургундского, например. Там и шампанское в розлив подают.

После этих слов мисс Страттон вдруг разобрал приступ смеха.

Надеюсь, — сказала она, — бокал-то вы не вверх тормашками держите?

Это мысль, — сказал мистер Флетчер, и тут его тоже вдруг разобрал приступ смеха.

Вечером, в 6.10 мисс Страттон, вся красная и запыхавшаяся, плюхнулась на сиденье в первом классе, напротив мистера Флетчера. Им пришлось бегом нестись к поезду, вдобавок она выпила два больших бокала хереса — двойных, как просветил ее мистер Флетчер, — и потому она время от времени хихикала, пока старалась отдышаться.

— Ух, еле добежали, — сказал мистер Флетчер. — Но, если б не успели, у нас зато было бы оправдание еще для двойного.

— Ох уж эти двойные. Тройные, лучше скажите.