Читаем Пик Сталина полностью

килограммов продуктов из ноши Исмаила. Вес моего рюкзака достигает

теперь не менее 22 кг, не считая ледоруба и альпинистской веревки,

связывающей меня с товарищами. Увеличивается также нагрузка моих

спутников. Снизу подошли Б. Трапезников и Н. Афанасьев; они предлагают

нам свою помощь на первом участке подъема, и мы выделяем им также часть

груза.

Трапезникову не повезло. Еще в одном из самых нижних лагерей на

склонах пика Ленина, перед началом штурма вершины, он почувствовал себя

плохо. Выйдя на восхождение, он не мог справиться с недомоганием и вы-

нужден был спуститься, когда до цели оставалось всего дна дня пути. Теперь

на восточном ребре пика Сталина он чувствует себя великолепно. Я вижу, что

ему нелегко, когда он полон сил и энергии, примириться с решением

оставить его внизу во главе вспомогательной группы. Но он ничем не выдает

своих чувств и всеми силами старается облегчить наше продвижение к цели.

152

По восточному ребру.

Фото Е. Белецкого

Начинаем преодолевать стены третьего, а затем и четвертого

«жандармов». Карабкаемся с тяжелыми рюкзаками по скалам на высоте,

значительно превышающей вершины Эльбруса, но не ощущаем горной

болезни. Сказываются результаты нашей последовательной тренировки и

предыдущие высотные походы. Недалеко от пятого «жандарма» выходит из

153

строя Афанасьев; он говорит, что ему очень холодно, и мы видим, как трудно

ему двигаться. Трапезников крепко меня обнимает, еще раз желает нам

успеха и, вместе с Афанасьевым, начинает спуск. Мы же снова идем вверх и,

пользуясь навешенными веревками, осторожно продвигаемся к основанию

пятого «жандарма». На самом крутом участке его стены закреплена веревоч-

ная лестница, навешенная здесь еще в дни подготовки к восхождению 1933 г.

Средняя температура на этой высоте редко поднимается выше нуля. Воздух

сух и поэтому веревки лестницы еще достаточно прочны. Пытаюсь подняться

по ней, но на первых же шагах терплю полную неудачу. Мои ноги вместе со

ступенями уходят внезапно куда-то вперед, тяжелый рюкзак тянет тело назад

и отбрасывает меня от скалы. Я повисаю на руках в неудобном положении

над пропастью. С помощью товарищей спускаюсь с предательской лестницы

и, так как у меня уже нет времени учиться лазить по ней, то я начинаю

подъем прямо по стене скалы, пользуясь висящей рядом веревкой. Товарищи

внимательно страхуют меня снизу, и скоро мы все преодолеваем пятый

«жандарм» — последнее серьезное техническое препятствие на восточном

ребре. К вечеру мы достигаем площадки лагеря «6400 м» и присоединяемся к

нашим товарищам из передовой группы.

Пока все идет нормально, и мы полностью выполняем принятый план

штурма. К сожалению, неблагоприятный прогноз погоды начинает

оправдываться. К ночи ветер заметно усиливается. Он нещадно треплет нашу

палатку, в конце концов рвется одна из ее главных оттяжек, и палатка

обрушивается на нас. Врач Федорков берется за исправление повреждения.

Он вылезает из теплого спального мешка на пронизывающий ветер и

работает в темноте до тех пор, пока ему удается установить палатку в

прежнем положении. Федорков не удовлетворяется достигнутым результатом

и старается укрепить оттяжки палатки добавочными камнями.

Он делает все неторопливо, но основательно. Для экспедиции Федорков

незаменимый человек: в его лице отряд приобрел опытного альпиниста-

высотника, хорошего врача и заботливого товарища.

154

Пик Сталина. Лагерь «6400 м».

Фото Е. Белецкого

В 1933 г., поднявшись на Эльбрус, И.М. Федорков совершил свое первое

восхождение, и с тех пор каждый год проводит свой отпуск в горах. В

качестве врача-альпиниста он принимал участие в походе командиров

Советской Армии на пик Ленина и получил там первый опыт высотных

восхождений. В 1936 г. Федорков уже выполнял ответственные обязанности

организатора и начальника похода на главную вершину Алтая — Белуху.

Теперь Иван Михайлович наравне с нами переносит все тяготы походной

жизни и устает, вероятно, больше нас, так как он старше всех в отряде. Но у

него всегда находятся время и силы для того, чтобы справиться о

самочувствии каждого из нас и оказать помощь тем, кто в ней нуждается.

Утром 6 сентября включаем нашу «Лену» и передаем в Ледовый лагерь

последние сообщения. Как было решено раньше, радиостанция останется в

лагере «6400 м» в резервной палатке до нашего возвращения с вершины. Я

уславливаюсь с Лебеденко об аварийном расписании связи. Он будет на

приеме на случай внеочередной связи трижды в день.

155

— Заканчиваю передачу, конец, конец... — говорю я в микрофон.

Рвется последняя ниточка, связывавшая нас с Ледовым лагерем и

внешним миром. Наша маленькая группа теперь одна на огромной высоте