Читаем Пик Сталина полностью

ШТУРМ ПИКА

Н.А. Гусак оказался прав: лавина сгладила большинство неровностей

ледника и облегчила наше продвижение в лагерь «5600 м». Там, где, по

рассказам членов подготовительной группы, была целая сеть глубоких

трещин, мы видим гладкий склон. С каждой сотней метров пути мы

углубляемся в верхний цирк ледника Сталина, справа от нас высятся

скальные стены восточного ребра.

Высоко над головой нависают фирновые сбросы, откуда двумя днями

ранее сорвалась гигантская лавина. Мало вероятно, чтобы катастрофический

обвал повторился через такой короткий промежуток времени. Но все же,

проходя эту часть маршрута, мы предпочитаем о нем не вспоминать. Первая

группа под руководством начальника штурма ускоряет темп движения и

уходит вперед. Сегодня же ей надо добраться до второго высотного лагеря

«5900 м». Движемся по следам товарищей. Вскоре видим, как они

сворачивают вправо по направлению к гребню. Пологий снежник остается

позади, и наша группа начинает подниматься по скалам. Путь найден, мы

здесь даже не связываемся между собой и преодолеваем 200 м последнего

подъема, двигаясь вплотную друг за другом, чтобы не попасть под «обстрел»

149

случайно сброшенных камней.

Через 7 часов после выхода из Ледового лагеря мы достигаем гребня.

Перед нами на небольшой скальной площадке лагеря «5600 м» лежат две

палатки, полузасыпанные снегом. Воздушная волна, вызванная лавиной,

сорвала их и они не упали на ледник Орджоникидзе только потому, что

уцелела часть оттяжек. Приводим лагерь в порядок и устраиваемся на ночлег.

Восстанавливая порядок в лагере, то и дело отрываемся от работы и следим

за продвижением наших товарищей из первой группы. Мы видим, как

Аристов, Гусак и Киркоров начинают подъем по скалам второго «жандарма».

Вот они подходят к месту гибели Н.А. Николаева, слышен грохот падающих

камней. Продвижение по разрушенным скалам «жандармов», несмотря на

принятые меры, остается опасным и требует от альпинистов большой

осторожности. Еще через два часа передовая группа сигнализирует нам

сверху о том, что она благополучно достигла площадки лагеря «5900 м».

Утром 4 сентября наша группа, включающая носильщиков-таджиков

Хаита, Турамбека и Исмаила, выходит к следующему лагерю на гребне. Из

всех видов альпинистского снаряжения у наших товарищей по походу

пользуются признанием только горные ботинки. Штормовых костюмов

носильщики носить не хотят. Они лезут по скалам восточного ребра в

халатах, подоткнув для удобства их полы за широкие цветные кушаки.

Носильщики переносят высоту неважно. Особенно плохо чувствует себя

Турамбек, он побледнел и жалуется на головную боль. Недалеко от лагеря

«5900 м» сорвавшийся у кого-то из-под ног камень ударяет по руке Хаита;

Федорков тут же накладывает повязку на два пораненных пальца и мы

движемся дальше.

Лагерь «5900 м», где мы уже никого не застаем, это — две крохотные

площадки, выложенные на гребне из обломков камней. Края их нависают над

обрывами в сторону ледников Сталина и Орджоникидзе. Площадки так малы,

что еле хватает места для наших палаток, но боковые оттяжки закрепить

негде и их приходится спускать в пропасть, привязав к ним тяжелые камни. В

150

двух шагах за второй палаткой начинается крутой ледяной гребень, ведущий

к основанию третьего «жандарма».

Лагерь «5600 м». Впереди «жандармы» восточного ребра.

Фото Е. Белецкого

Установив палатки, начинаем готовиться к ночевке. Турамбек лежит на

нижней площадке в состоянии полного изнеможения, свесив голову над

обрывом в сторону ледника Орджоникидзе. Он бледен, у него начинается

тяжелый приступ рвоты, это действие горной болезни. Посовещавшись, мы

151

решаем немедленно отправить вниз Турамбека и Хаита: оба они уже не в

состоянии оказать нам какую-нибудь помощь. Наши больные товарищи еще

засветло успеют спуститься в лагерь «5600 м», где их встретят

поднимающиеся по нашим следам Б. Трапезников и Н. Афанасьев.

Утром 5 сентября исчезают последние надежды на помощь носильщиков

в переноске груза хотя бы до лагеря «6400 метров». Самый настойчивый из

них — Исмаил пытается начать подъем к третьему «жандарму», но и он уже

настолько ослаб, что после первых же двух шагов шатается и падает на склон

гребня. Мы снимаем с него рюкзак и делим между собой необходимый груз.

В моем вместительном станковом рюкзаке уже уложены двойной спальный

пуховый мешок, штормовой и меховой костюмы, утепленные ботинки,

пуховые и брезентовые рукавицы, шерстяные носки, теплое белье, меховой

шлем, кошки, которые я и Гусак решили взять с собою до верхних лагерей,

радиостанция, фотоаппарат «ФЭД», разная необходимая в походе мелочь и

небольшой запас продуктов. К этому приходится теперь прибавить несколько