– А отец девочки? – спросила Динка, радуясь тому, что успела включить лежащий в сумочке диктофон. Из этой истории можно сделать настоящую бомбу, если добавить сюда розовых соплей об отношениях Эльвиры и этого её неприступного любовничка Савельева! Дина внутренне ликовала, но глаза её послушно сохраняли сочувственное выражение: хозяйка явно благоволила Карелиной, и Резник не хотела спугнуть её написанным на своём лице торжеством.

– Да его уже сто лет как корова языком слизнула. Ни помощи, ни алиментов. Элечка сама старается, всё для Женечки делает, из сил выбивается! – Динке вдруг захотелось открыть глаза сердобольной соседке на то, каким конкретно способом «выбивается из сил» эта лицемерная сучка Карелина. Доит чужих командированных мужиков!

– А где расположена больница? – задала последний вопрос Дина, доедая вкуснейшую ватрушку. Собеседница подробно объяснила, как добраться до нужного места, а потом предложила:

– Может, возьмёте с собой ватрушек? Заодно Женечке с Эльвирой передадите!

– Скорее, Эльвире с Женечкой, – машинально поправила Дина.

– Да, или так. – Пожала плечами Элкина соседка, аккуратно упаковывая выпечку.

Дина тут же позабыла все рекомендации тётки и решила свою проблему самым банальным образом: взяла очередное такси. К её удивлению, за рулём сидела женщина лет пятидесяти с волосами, обесцвеченными до состояния мочалки.

– Куда едем, красавица? – хрипловато осведомилась таксистка, покосившись на Дину и отдав должное её столичному имиджу.

– В больницу, – сказала Резник.

Ей уже надоели водители всех рангов и мастей, хотелось пообщаться с человеком, равным по интеллекту, или просто трахнуться. Молодой, здоровый – и, чёрт возьми, красивый – организм требовал своего. И отчего-то память вновь и вновь возвращала её в привокзальное кафе «Ветер странствий» в провинциальном городе, где так здорово уел её с Монтенем так и оставшийся безымянным парень из жёлтой «Волги».

В больнице по иронии судьбы дежурила та же медсестра, которая столь сурово осудила связь Эльвиры и Вечно Второго. К вопросу брюнетистой незнакомки: «Не здесь ли лежит девочка, пострадавшая от рук маньяка?» – медичка отнеслась с изрядной долей подозрения. Но, когда выяснилось, что темой интересуется настоящая журналистка из Москвы, она охотно поделилась с Диной собственной версией произошедшего.

Конечно, с точки зрения медицины её показания можно было считать безупречными. А вот всё остальное… Но разве госпоже Резник так уж нужны были истинные факты? Мнения горожан о своей землячке, в которых сквозили прямые обвинения самой Эльвиры в произошедшем, вполне устраивали скандальную журналистку. На этом тоже можно построить статью, да так, что не придерёшься!

– Хотите посмотреть на саму девочку? Мать тоже сейчас там. – Медсестра брезгливо поморщилась.

– Отчего же вы так ополчились на эту Карелину? Ведь, согласитесь, у неё такое несчастье! – подлила масла в огонь мисс Резник.

– И кого же винить в этом несчастье? Простите, но мне непонятна ваша миротворческая позиция. На вашем месте я бы пропесочила эту сучку по полной! Ребёнок лежал в коме, а она в каких-то двух шагах обжималась со своим высокопоставленным чиновничком! – Медсестра разве что не плевалась.

Дина усмехнулась: «Знала бы ты, старая сплетница, мою истинную позицию! Мне нужна сенсация, и она будет! И твой голос в ней прозвучит тоже!»

Диктофон тихонько щёлкнул и остановил запись.

25

– Здравствуйте, это Игорь Савельев? Вас беспокоит некто Вылетов. Помните такого? Вы мне немного задолжали, и я хотел бы вам напомнить о том, что сроки поджимают. – Голос в мобильнике звучал вполне лояльно, но отчего-то у Игорька всё внутри противно сжалось.

– А может, вы заодно напомните мне и сумму долга? – решился спросить парень, боясь собственной смелости.

Накануне подписав бумагу с пробелом в том месте, где должна была быть проставлена сумма отступных, Игорь от ужаса нализался алкогольных коктейлей возле ближайшего ларька. Домой он пришёл почти на автопилоте и собственную беседу с матерью помнил весьма смутно. В своём опрометчивом поступке сын сознался ей только утром, когда проспался и сам понял, что натворил.

Он ведь даже не удосужился узнать, кто такой этот Вылетов, которого он так неосторожно отбросил бампером на тротуар. Вроде бы на больничной койке лежал невзрачный, сухопарый дядя, прикрытый до подбородка простынкой. Но из-под простынки, кажется, выглядывали густо-синие паутины татуировок. А вдруг он уголовник? А если он захочет разорить отца?

– Эй, вы спите, молодой человек? Повторяю: для вас не составит большого труда выплатить мне сумму моего больничного гонорара. Это сущие пустяки для такого юноши, как вы. Всего лишь десять миллионов евро. Мне интересно узнать, каково это – быть миллионером европейского уровня? – Прозвучал сигнал отбоя.