Читаем Пигмей (Pygmy) полностью

Следом затем опекун Дорис Лили хрупкая мумия подходи, лицо восковое гримаса.

– Простите, милые мои. Пора на посадку. Школьник толпа, что данный боевик провожай, звонко скандируй:

– Пиг-мей! Пиг-мей! Пиг-мей!

Дорис Лили цепкая клешня плечо ухвати данный боевик, коготь под ключица больно, да объятие разлепи. Толкай направление самолет посадка. Рука костлявая прощально маши направление курица мать. Губа восковая тихо говори:

– В конце всегда жалеешь, что был слишком мягок.

Для протокола: невозможно…

Иссохший зомби точно цитируй яростный вождь, безжалостный рейхсканцлер Адольф Гитлер.

Агент моя черное фуфайко мокрое пятно, где надпись «Владелец – Иисус». Причина – мать курица слеза.

Мать курица беги направление данный боевик, склоняйся да губа тянись, намерение поцелуй.

Цитата: «В конце всегда жалеешь, что был слишком мягок».

Прошлый автобиографический эпизод соответствие, когда экзамен на профпригодность уходи. Только этот раз агент моя развернись да назад метнись, направление курица мать. Объятие страстное попади. Губа щека костлявая прижмись возле клюв. Кожа слеза вкус соленый. Плотно, крепко целуй, что любовь означай.

Следом затем направление посадка опять уходи. Губа соль привкус оставайся, что горечь курица мать печаль. Направление последний путь.

Донесение тридцать пять

Начало благородная гибель боевик моя, агент номер 67.

Для протокола: последний рассвет бездарно встречай данный боевик. Роскошный гостиничный номер сиди перед телевизор, программа _________ смотри. Американский президент ____________ пустяк обсуждай. Вероятность высоко, что сегодня президент мертвец становись. Плюс еще миллион мертвец. Агент моя рука методично канистра комплектуй, металлический контейнер. Размер, как мусорный бачок. Потому что бывший мусорный бачок. Сбоку надпись «Мир-машина», розовая краска. Вокруг много-много цветок ромашка, много-много птичка порхай, клюв нота вылетай. Радуга многая обильно. Ниже мелкий шрифт, надпись «мир во всем мире, верный путь».

Изобретение, что всякая враждебность везде искорени, срок одно поколение. Мир райское место становись, что солнечный свет заливай, цветок душистый покрывай.

Туалет зеркало агент моя лицо отражай, сладко улыбочка. Снова и снова тренируйся данный боевик, губа растягивай широко.

Следом затем таймер выставь, что сразу после полудня взорвись, когда толпа максимум. Запал активируй – проект готово фестиваль. Зубы тщательно вычисти данный боевик. Волос голова вычеши. Свежее исподнее надень. Белое рубашко пуговица застегни, как храм здешний самец одевайся. Шелковый лента вокруг шея перекинь, узел туго-туго под кадык. Смерть-машина подхвати да номер покидай, шагай направление лифт. Ухо контейнер металл прижимай, тик-тик слушай таймер.

Ровно, спокойно, против курица мать сердечко бег.

Для протокола: возле отель такси поджидай, опекун Дорис Лили заднее сиденье. Смитсоновский институт сопровождай данный боевик. Огромный объем здание. Внутри молодежь обреченный толпа. Каждый свой проект обнимка неси. Агент моя мышца судорога хватай, боязнь, что «Мир-машина» раньше срока взорвись. Нутро дрожи ожидание внезапный смерть. Лицо пот холодный беги. Наконец опасный груз должная подставка водрузи, среди много-много американский враг.

Агент моя голова голос часто-часто бубни: «…магний, марганец, марихуана…»

Каждый боевик рядом присутствуй: Магда, Тибор, Линг. Танек, Чернок, Шина. Бокара, Олег, Отто. Ваки, Метро, Манг. Неизбежная гибель ожидай, лицо улыбка сияй. Американский тупой зевака подзывай, «Мир-машина» близкое знакомство предлагай.

Многая американ подходи да интересуйся, тот ли Пигмей, что школьный маньяк уничтожь. Знаменитый Пигмей, что много-много юная жизнь спасай. Очередь образуй, что автограф получение. Плотный кольцо облепи смерть-машина негромкий тик-тик.

Опекун Дорис Лили рот восковой улыбайся. Каждый боевик улыбайся.

Сегодня день – вся жизнь кульминация. Великая цель достижение во имя родная страна.

Американский хищник гнездо проникай данный боевик. Зловонная нора проникай. Кровавый монстр скоро убивай.

Семья невинно загубленный отомсти.

Агент моя голова сестра кошка невидимка образ отгоняй. Тайно бубни: «…гольмий, дарм-штадий, дерматин… калифорний, кальций, каучук… технеций, тилапия, Тимофей…»

Многая бумажка слово «Пигмей» пиши данный боевик. Многая рука пожимай.

Следом затем женский голос:

– Приветик!

Сестра кошка невидимка.

Среди хищник американский толпа, среди потенциальный мертвец – сестра кошка невидимка. Собственная персона. Пол-лица ухмылка искази да говори:

– Ты мой проект запорол? Запорол. Теперь моя очередь.”

Агент моя жарко, сипло шепчи. Настаивай, что сестра кошка беги, покидай помещение. Сразу сейчас, крайне важно! Затем голос поправь, мало-мало спокойно шепчи. Объясняй, что «Мир-машина» вот-вот взорвись, смерть ливень пролейся на зрители толпа.

Сестра кошка невидимка голова право-лево качай, что нет означай.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза