Читаем Пигмей (Pygmy) полностью

Пока сестра кошка невидимка шепчи, Дорис Лили ходячий труп носовой канал очищай, мокрота платок выдувай. Жуткий звук тошнявый динамик сотрясай через микрофон. Дорис Лили нос утри да призови:

– Приглашаю всех, кто любил покойного отца Антония, взойти на алтарь и сказать последнее прости…

Для протокола: ни один гражданин не шевелись.

Агент Магда взгляд бросай направление данный боевик. Сестра кошка невидимка смотри направление боевик Магда.

Многая секунда ползи, пауза долго, томительно. Ни один гражданин не встань. Каждый сиди неподвижно, как мертвец.

Сестра кошка невидимка дальше рассказывай, как последняя ревизия нейротоксин пропажа выявляй. Единственный улика – система безопасности запись, что Дон Седар лаборатория часто ходи ночное время. Последний раз перед самая ревизия. Результат – приемный отец тюрьма швыряй, подозрение воровство. Полиция да ФБР усиленно расследуй.

Наконец, агент Магда поднимись да проход выбирайся. Нога твердо шагай направление мертвый змей мракобес.

Сразу затем Тревор Стоунфилд мать взгляд бросай направление данный боевик. Глаз пристально держи, прямо на лицо. Рука пальцы белая бумажка держи-терзай. Белый конверт запечатанный.

Следом затем брат свин собака проход выбирайся. Тревор Стоунфилд мать, что другая сторона сиди, также поднимись да проход направляйся. Оба человек встречайся. Женщина тайно шепчи, самое ухо брат свин собака. Тот слушай, затем рука протяни да белый конверт прими.

Оба человек проход шагай, направление змей покойник гроб. Очередь становись, где мало мало другой гражданин уже соберись. Следом еще многая гражданин прибывай, очередь теперь длинно.

Дорис Лили ветхий скелет всё говори, мертвая плоть трепещи на щека.

– Если бы наш дорогой отец Антоний мог меня слышать, он бы наверняка согласился с тем, что я сейчас скажу. Слова – это опоры для моста в неизведанное.

Ископаемый дряхлый реликт пауза возьми. Направление агент моя выцветший глаз наведи. Прямо лицо гляди.

Брат свин собака очередь ожидай возле гроб, сам рука конверт распечатай. Письмо бумажка достань да читай.

Сестра кошка невидимка гневно, жарко шепчи:

– Он мой отец! А скоро и твой будет. Мы не можем допустить, чтобы он гнил в тюрьме!

Дорис Лили рот алый восковой самый микрофон приставь да повторяй четко, размеренно:

– Слова. Это опоры. Для моста в неизведанное.

Дословно цитируй великолепный духовный поводырь, бесноватый фюрер Адольф Гитлер.

Донесение тридцать один

Начало рапорт номер тридцать один боевик моя, агент номер 67, перемотка направление физическая подготовка, штатный урок силовая выносливость, министерство Народного здоровья, город ______________. Упражнение становая тяга, приседание __________, жим лежа. Прямой

инструктаж заслуженный мастер спорта, почетный тренер ____________.

Спортивный зал стандартный инвентарь набор, железо пирамида разный вес. Блин, гиря, гантеля. Двадцать кг, пятьдесят, сто. Скамья тренажер многая уровень наклон, различная высота поддержка, различная нагрузка. Жим лежа, тяга верхний блок, армейский жим. Стена, пол, потолок – всё цемент. Железо-цемент постоянно грохот. Железо-железо звяк.

Боевик Бокара кряхти, пока крупный вес сражайся. Боевик Отто также кряхти. Боевик Метро отдыхай, часто-часто воздух глотай.

Агент моя спина скамья распластай, жим лежа, трицепс да грудная мышца упражнение. Штанга серьезный вес, много выше сто кг. Штанга вверх толкай кряхти, вниз сама лети, сила тяжести. Много-много чугунный блин звякай. Вес огромно, мало-мало не раздави.

Для протокола: агент Магда упражнение страхуй данный боевик. Сзади стой возле голова, рука изготовь, что штанга гриф поддержи, если мышца откажи данный боевик. Агент Магда трико лобок прямо перед нос нависай. Агент моя вверх толкай кряхти – вниз опускай. Вверх – вниз, грудная мышца напрягай. Слава великое отечество!

Агент Магда дружеское слово бодри данный боевик.

– Жми, товарищ! Разорви кандалы, товарищ! Не сдавайся, глупый хомяк! Сопротивляйся западный диктат!

Агент моя кость трещи, сухожилие скрипи, сустав хрусти. Мышца трепещи да гори. Рука локоть вибрируй, мало-мало штанга не урони. Вверх пихай кряхти, вниз опускай. Грудная клетка воздух шумно клекочи. Лицо красная, кровь приток.

Агент Магда наклонись да шипи, как змея:

– Страдай, сучка раб марионетка! Кряхти под каблук американская тирания… – Внезапно крик перейди: – Сопротивляйся американский контроль, слабак!!!

Боевик Магда сверху штанга налегай, свой вес добавляй.

– Извивайся под гнет американский лживый пропаганда!

Гладкий лобок мало-мало лицо не сажай данный боевик. Груз чудовищный вниз дави, грудная клетка коллапс норови. Кричи сипло, яро:

– Западный колониальный режим жадный шестерня! Империализм тяжелый жернова! Товарищ! Американский хищник вечно голодай! Планета трудовое население грызи! Круши! Пожирай!

Агент моя бейся, хрипи, выживание борись. Мускулистая рука гнет сражайся. Боевик Магда бедро крепкое, пахучее голова сожми данный боевик. Приводящая мышца право-лево ухо закрывай.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Великий перелом
Великий перелом

Наш современник, попавший после смерти в тело Михаила Фрунзе, продолжает крутится в 1920-х годах. Пытаясь выжить, удержать власть и, что намного важнее, развернуть Союз на новый, куда более гармоничный и сбалансированный путь.Но не все так просто.Врагов много. И многим из них он – как кость в горле. Причем врагов не только внешних, но и внутренних. Ведь в годы революции с общественного дна поднялось очень много всяких «осадков» и «подонков». И наркому придется с ними столкнуться.Справится ли он? Выживет ли? Сумеет ли переломить крайне губительные тренды Союза? Губительные прежде всего для самих себя. Как, впрочем, и обычно. Ибо, как гласит древняя мудрость, настоящий твой противник всегда скрывается в зеркале…

Гарри Тертлдав , Дмитрий Шидловский , Михаил Алексеевич Ланцов , Гарри Норман Тертлдав

Проза / Фантастика / Альтернативная история / Боевая фантастика / Военная проза