— Время платить по счетам пришло, святой отец, — дрожащим от возбуждения голосом говорила Сара, — Вдова ворожбой забрала моего отца, и получив свое, отправила несчастного на тот свет.

Священник посмотрел на Сару:

— Девушка тебе зачем?

Сара промолчала, выдержав тяжелый взгляд. Ее темные глаза сверкали огнем.

— Утром, на рассвете я все устрою, — продолжил падре, — вдову будут допрашивать. Когда она все признает, а поверь, это случится скоро, я пришлю за тобой. Будет суд. Ее сожгут на костре. Девку же пусть завтра заберет Нейт. Скажи ему, чтоб ждал в полдень на развилке подле старого дуба.

— Спасибо, — выдохнула Сара, чувствуя, как вспотели ее ладошки.

— И еще, — бросил священник, не дав ей закончить разговор, — ты мне должна.

— Разумеется падре, — вставая из-за стола, ответила Сара, — я вам безгранично благодарна.

Случилось все, как сказал священник. Вдову схватили. Пытали. Конечно, она созналась во всех вменяемых ей преступлениях, среди которых самое страшное «за сговор с дьяволом» ставило крест на жизни несчастной.

Сара видела, как подожгли солому. Сухие паленья с треском схватились огнем. Вдова подняла голову. Их взгляды встретились. Гомонившая на площади толпа, не дала Саре расслышать, что твердят губы притянутой к столбу женщины. Но Сара готова поклясться, это были слова проклятья.

Всю ночь Сара не сомкнула глаз. Доселе мягкая, а теперь сбившаяся комьями перина давила бока. Подушка стала ершистой и больно колола щеки вылезшими из нее перьями. Свершившаяся месть вместо упоения принесла только тревогу и переживания, чуждые сердцу Сары. «Почему я должна ее жалеть? — думала она о дочери вдовы, ворочаясь на мокрой простыне, — в ней кровь этой бляди и ни капли нашей. По крапленому лицу же все видно». Но в глубине души Сара понимала, уже принято решение. «Завтра на рассвете пусть убирается ко всем чертям, — стиснув зубы, бросила она в пустоту комнаты, — плевать что скажет виконт. Гребаный извращенец подождет. На крайний случай пусть пришьет себя к свинье! — горячилась разыгравшимися мыслями Сара, не зная о неожиданном улучшении самочувствия хозяйки».

С приходом рассвета, а скорее от принятого решения, глубокий сон поглотил сознание Сары. Всегда внимательный Нейт, уловив ее душевные переживания, проявил заботу и не стал докучать утренним стуком в дверь.

— Пусть отдохнет девочка. В последние месяцы, она трудилась не покладая рук, — доложил он хозяйке, впервые за долгое время вернувшейся к делам и властно охаживающей свои владения.

Не услышала Сара и стука копыт, сменяемого шуршанием гравия под ногами гостя. А спустя час в ее дверь все же постучали.

— Дорогая, пора вставать, — услышала Сара мягкий голос Нейта, — Виконт ожидает.

Глава 35

Лондон

1596 год

Она еще дышала. Рыжие волосы спадали с поникшей в бессознании головы. Густые комки запекшейся крови черными волдырями покрывали исполосованную спину девушки. Обрывки нитей торчали из худых ягодиц.

— Прости, — тихо сказала Сара, не ожидая ответа.

Сара гнала прочь мрачные мысли, но они все больше наполняли ее сознание.

— Виктор! — крикнула она в темноту коридора.

Послышались грузные шаркающие шаги. Склонившись, чтобы не удариться лысой головой о перекладину низкого дверного проема, в помещение вошел охранник.

— Помоги ее развязать и… — Сара запнулась, — и надо закончить дело.

Великан сплюнул. Сопя от усердия, Виктор перевернул девушку лицом вверх и срезал веревки.

— На тебя похожа, — бросил он Саре, обнажая в ухмылке гнилые зубы.

Сара хотела съязвить, но одернула себя: «У идиота мозгов, что у пса, хватает разве только на служенье за миску похлебки и конуру подле хозяйского дома!» — подумала она и презрительно скривила уставшее лицо.

* * *

Виконт явился двумя днями ранее оговоренного, потому, сам не зная, сорвал задуманный Сарой план. Девушку спасти не удалось. Перечить внезапно поправившейся хозяйке Сара не посмела. Сестру (Сара старательно избегала этого слова) опоили, подобающе подготовив к встрече с виконтом.

Все случилось быстро. Тихо. На удивление девушка не кричала, чем порождала еще большую ярость ее мучителя. Она отрешенно терпела страдания, причиняемые вгрызавшейся в спину плетью. Ее словно не было в теле, когда тупая игла пробивала белесую кожу, приближая момент надругательства.

Но у виконта ничего не вышло. Его подвела собственная плоть, не пожелавшая откликнуться зову хозяина. Он в бешенстве выскочил из комнаты, так и не сумев закончить вышивку.

Виконт закрылся в своих покоях. Звуки бьющейся посуды и мебели, вперемешку с яростной бранью еще долго слышались за стенами его комнат. Но через какое-то время все стихло. Тревожить гостя никто не решался.