Читаем Пятая колонна полностью

Связисты стоят смирно, видимо, превозмогая усталость.

Вольно!

Связисты садятся. Толстый офицер изучает карту. Штатский заглядывает в дальномер, но ничего не может разглядеть в темноте.

Штатский. Обстрел назначен на двенадцать?

Адъютант(обращаясь к толстому офицеру). Когда приказано открыть огонь, генерал?

Толстый офицер(говорит с немецким акцентом). Поменьше расгофоров.

Адъютант. Виноват. Угодно просмотреть приказы? (Подает ему пачку сколотых вместе приказов, отпечатанных на машинке.)

Генерал берет их в руку и, мельком глянув на них, отдает адъютанту.

Генерал(грубым голосом). Я знаю их. Я их сам писал.

Адъютант. Так точно, генерал. Я думал, вы, может быть, захотите их проверить.

Генерал. Я их проферял.

Звонит один из телефонов. Связист у стола берет трубку и слушает.

Связист. Да. Нет. Да. Хорошо. (Делает знак генералу.) Вас, генерал.

Генерал берет трубку.

Генерал. Алло. Да. Правильно. Что за глупость? Как? Согласно приказу. Залпами – это значит залпами. (Вешает трубку и смотрит на часы. Адъютанту.) Сколько на ваших?

Адъютант. Без одной минуты двенадцать, генерал.

Генерал. Кругом болваны. Как можно говорить о командовании, когда нет никакой дисциплины. Связисты не встают, когда входит генерал. Командирам батарей нужно разъяснять приказы. Как вы сказали, который час?

Адъютант(смотрит на часы). Без тридцати секунд двенадцать, генерал.

Связист. Из бригады шесть раз звонили, генерал.

Генерал(закуривая сигару). Который час?

Адъютант. Без пятнадцати, генерал.

Генерал. Что без пятнадцати?

Адъютант. Без пятнадцати секунд двенадцать часов.

И тотчас же начинается канонада. Отсюда звук кажется совсем иным, чем с обстреливаемой точки. Сначала слышно гулкое, раскатистое «бум-бум-бум», точно удары литавр перед микрофоном, потом – «уишш, уишш, уишш, уишш, уишш, чу, чу, чу, чу, чу… чу» – полет снаряда и отдаленный разрыв. Вступает вторая батарея, еще ближе, еще громче, и вот уже по всей линии грохочут гулкие, частые залпы, и в воздухе стоит гул удаляющихся снарядов. В раскрытое окно видны теперь очертания Мадрида, освещенного вспышками разрывов. Генерал стоит у большого дальномера. Штатский – у второго. Адъютант смотрит через плечо штатского.

Штатский. Какая красота!

Адъютант. Сегодня мы их немало перебьем. Марксистская сволочь. Все их норы перероем.

Штатский. Эффектное зрелище.

Генерал. Ну как, удовлетворительно?

Он не отводит глаз от окуляра.

Штатский. Превосходно! Сколько это будет продолжаться?

Генерал. Мы даем один час. Потом десять минут перерыва. Потом еще пятнадцать минут.

Штатский. Но в квартал Саламанка не попадет ни один снаряд? Там ведь почти все наши.

Генерал. Отдельные попадания возможны.

Штатский. Но как же так?

Генерал. Ошибки испанских батарей.

Штатский. Почему именно испанских?

Генерал. Потому что испанские не так точны, как наши.

Штатский молчит, и огонь продолжается, хотя залпы следуют один за другим не с такой быстротой, как вначале. Слышен свистящий звук, потом удар и грохот – почти у самого наблюдательного пункта разорвался снаряд.

Начинают отвечать понемногу.