Читаем Пиарщики снова пишут полностью

О, жалкая ночлежка, наша жизнь:

Пестрит густая лента постояльцев,

Всё та же брань, сервант, сервиз,

Тоска о тех, кто канул безвозвратно.

Губительная хрупкость стен

И обреченность этой ночи,

Светильник лишь свечам взамен

И тот всё об одном бормочет…

Ещё чуть теплая постель,

Еще чуть слышен прежний запах,

О, если бы суметь прочесть

Скупые строки, коды, знаки,

Осколки памяти чужой,

Истерзанной нуждой, быть может,

Цветущей иль совсем больной.

Узор судьбы кто сложит?

Горбатый профиль фонаря

Сегодня мой попутчик

И тот почти наверняка

Стушуется под утро…

И этих несколько часов

По стенам бродят тени

Невысказанных слов,

Поблекших откровений…

О главном всё ж молчит

Убогая ночлежка:

Здесь только кров и быт,

Для лирики нет места.

На дне городского колодца

На дне городского колодца

До самого неба– лица

В окнах, а в небе– птицы.

Смех или слезы, Боже!?

Что‑то не так… Как больно!

Дайте мечты напиться!

Крылья, бездушные птицы,

Дайте, хочу разбиться!

Целую жизнь у подножья

Неба. На дне колодца.

Боимся подняться выше.

Эхо!.. Вдруг кто‑то услышит.

Страх пред сплетнями душит.

Слепцам, должно быть, лучше:

Если звезды зашторить, может,

Не рвется душа из под кожи!

Меня ж не спасти, я знаю

Жгучего ветра дыханье…

Прощайте, знакомые лица,

Я о небо хочу разбиться!..

**************

Как клочки обнаженных нервов

За окном чернеют деревья.

Их никто не нежит, не любит,

Они умерли – мертвых не судят.

Они сбросили листьев бремя

Золотым ожерельем видений,

Цепью долгой безлунных мечтаний,

Они – только манкуртов стая.

Не пой им, ветер, не надо

Под неспешную музыку сада.

Им чувства земные чужды.

Солнце, не плачь, не нужно.

Они все для себя решили,

Просто взяли и все забыли.

Вонзившись в ладонь ногтями,

Подожгли листву под ногами…

***************

Скомканный мир на ладони

Как лист с венами строк:

Размеренный плавный слог,

Отмеренный кем‑то срок,

Мимолетный цвет магнолий.

Это жизни моей чертог

И черта счастья и боли.

В силуэте искусной роли

Воплощенье безумной Воли

Рваным дыханьем слов.

Вечность и что‑то кроме

Стройной поступью рушит плоть,

Оставляя лучи из нот,

Размашистой кисти взлет,

Скомканный мир на ладони.

Отраженье

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Вдребезги
Вдребезги

Первая часть дилогии «Вдребезги» Макса Фалька.От матери Майклу досталось мятежное ирландское сердце, от отца – немецкая педантичность. Ему всего двадцать, и у него есть мечта: вырваться из своей нищей жизни, чтобы стать каскадером. Но пока он вынужден работать в отцовской автомастерской, чтобы накопить денег.Случайное знакомство с Джеймсом позволяет Майклу наяву увидеть тот мир, в который он стремится, – мир роскоши и богатства. Джеймс обладает всем тем, чего лишен Майкл: он красив, богат, эрудирован, учится в престижном колледже.Начав знакомство с драки из-за девушки, они становятся приятелями. Общение перерастает в дружбу.Но дорога к мечте непредсказуема: смогут ли они избежать катастрофы?«Остро, как стекло. Натянуто, как струна. Эмоциональная история о безумной любви, которую вы не сможете забыть никогда!» – Полина, @polinaplutakhina

Максим Фальк

Современная русская и зарубежная проза
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия