Читаем Пьесы [сборник] полностью

ИРМА. Я уже говорила вам, Кармен, только не так, я этого не люблю. Я требую уважения к гостям. Гостям! Лично я не позволю себе (с ударением на слове «я») называть их даже клиентами. Однако…

Она, как торговка, ударяет пачкой новых тысячефранковых купюр, которые держит в руке.

КАРМЕН(сурово, поворачивается и смотрит на Ирму). Вам-то хорошо: и денежки, и изысканные развлечения!

ИРМА(примирительно). Не смотри так! Не будь несправедливой! С некоторых пор ты стала раздражительной. От всех этих событий нервы на пределе, но скоро все успокоится. Солнце еще взойдет. Месье Жорж…

КАРМЕН(тем же тоном). А, этот!

ИРМА. Не говори плохо о Шефе полиции. Без него мы бы так вляпались. Да, именно мы, ты ведь связана со мной. И с ним. (Долгое молчание.) Меня особенно беспокоит твоя печаль. (Серьезно.) Ты изменилась, Кармен. Еще до восстания…

КАРМЕН. Мне, собственно, больше нечего делать у вас, Мадам Ирма.

ИРМА(смущенно). Но… Я доверила тебе свою бухгалтерию. Ты садишься за мой стол, и сразу вся моя жизнь открывается перед тобой. У меня больше нет тайн от тебя, а ты все не рада?

КАРМЕН. Я, конечно, благодарна вам за доверие, но… но это не то же самое.

ИРМА. Тебе «этого» не хватает? (Кармен молчит.) Слушай, Кармен, когда ты поднималась по заснеженной скале с бумажным кустом желтых роз (кстати, надо снести его в подвал) и когда он, чудом исцеленный, с твоим появлением падал в обморок, ты ведь не принимала себя всерьез? Скажи, Кармен?

Непродолжительное молчание.

КАРМЕН. Мадам Ирма, вы же запрещаете обсуждать сеансы после их окончания. А значит, вы ничего не знаете о наших подлинных чувствах. Вы наблюдаете за всем издалека, как хозяйка. Но если бы хоть однажды вы надели платье и голубую вуаль или стали бы грешницей, или кобылой Генерала, или крестьянкой, валяющейся на соломе…

ИРМА(шокирована). Я!

КАРМЕН. Или субреткой в розовом фартучке, или эрцгерцогиней, которую лишил девственности жандарм, или… в конце концов я не стану сейчас перечислять весь список, тогда бы вы узнали, как все это отзывается в душе и что избавиться от этого можно лишь при некоторой доли иронии. А вы не разрешаете нам даже говорить об этом между собой. Вас пугает улыбка, шутка.

ИРМА(очень строго). Я действительно не позволяю шутить. Взрыв смеха и даже улыбка все сводят на нет. Где улыбка — там сомнение. Клиенты желают настоящих церемоний. Со вздохами. Мой дом — место серьезное. Но я позволяю вам играть в карты.

КАРМЕН. Не удивляйтесь нашей печали. (Недолгое молчание.) И наконец я думаю о своей дочери, и тогда мне икается.

Слышится звонок, и Ирма встает, подходит к странному аппарату, стоящему слева, оснащенному видоискателем, трубкой и многочисленными ручками. Продолжая говорить, она нажимает на одну из ручек и смотрит в видоискатель.

ИРМА(не глядя на Кармен). Всякий раз, когда я задаю тебе интимный вопрос, ты замыкаешься и тычешь мне в морду своей дочкой. Ты все еще хочешь к ней поехать? Идиотка, между домом и деревней ормилиды — огонь, вода, смута и свинец. Я даже не знаю…

Новый звонок. Мадам Ирма ставит ручку на место и нажимает на другую…

…не убили ли месье Жоржа по дороге. Впрочем, Шеф полиции сумеет за себя постоять. Он хитер, мой Жожо! (Вынимает из-за корсажа часы и смотрит на них.) Он задерживается. (Похоже, она обеспокоена.) А может, он не отважился выйти на улицу. Он хитер и труслив.

КАРМЕН. Эти господа бесстрашно пробираются сквозь огонь, чтобы попасть в наши салоны, а я — чтобы увидеться с дочерью…

ИРМА. Бесстрашно? Страх-то их и возбуждает. Сквозь стену огня и свинца они, раздувая ноздри, чуют оргию. Вернемся к счетам, ладно?

КАРМЕН(помолчав). Если считать матроса и обычные визиты, всего тридцать две тысячи.

ИРМА. Чем больше в окрестностях убивают, тем больше мужчин стекается в мои салоны…

КАРМЕН. Мужчин?

ИРМА(помолчав). Некоторые из них мужчины. Мои зеркала и люстры притягивают одних и тех же.

Остальным женщин заменяет героизм.

КАРМЕН(с горечью). Женщин?

ИРМА. Как же мне называть вас, здоровенных бесплодных девиц? Они ведь никогда не оплодотворяют вас, а… если бы вы были не здесь?

КАРМЕН(она восхищена и мрачна одновременно). У вас есть праздники, мадам Ирма.