Читаем Пьесы [сборник] полностью

Выходит, проходит в левую кулису, через две секунды появляется с очень красивым креслом, обшитым красным бархатом. Она подносит его ко второй ширме, расположенной на том же уровне, только в центре, под колосниками, тут начинается вторая сцена.

II

Верхний этаж, центральная часть. Белая ширма, обычная ширма страны Мертвых. Мать и Варда, которая помогает Матери нести ширму.

ВАРДА(смеясь и разговаривая с кем-то невидимым). Когда я приду туда, где ты сейчас, кем ты будешь? (Прислушивается.)…А? Что от тебя останется?..

Пауза.

Будешь пожимать плечами без плечей? А от меня? Покачивание бедрами без бедер! (Зевает.)

МАТЬ. Оставь их в покое. Не отвечай им. И до тебя шлюхи умирали, и никому из них не удалось всколыхнуть души усопших. Забудь о них и говори о деревне.

ВАРДА(потягивается и зевает). Она разгорается подобно огню. И как ты догадываешься, благодаря нам. Благодаря борделю в деревне есть центр. Вокруг — добродетель. А в центре — ад. И мы в нем. (Приветствуя Кадиджу и Мать.) А вы — за его пределами.

Приходит Кадиджа с креслом.

КАДИДЖА. Садись.

МАТЬ(со смехом). Оно слишком прекрасно, хочу тебе сказать. Я никогда не посмею…

КАДИДЖА. Испробуй его… Ты заслуживаешь комфорта. По праву. Саид ведь вышел из твоего чрева, значит, твоей заднице полагается бархат.

Мать садится, немного робея.

МАТЬ. Как баронесса!.. Он сейчас появится?

КАДИДЖА(глядя вниз). Ждем его с минуты на минуту.

МАТЬ. А Лейла?

ВАРДА. Лейла? К сожалению, мне кажется, она прошла мимо цели.

МАТЬ. У нее не было цели.

КАДИДЖА. Хватит о твоей невестке. Что стало с деревней?

ВАРДА. Она тебя чествует. Ты погибла как бунтарка, в схватке с врагом. Деревня будет танцевать в твою честь свой обычный танец, постепенно забывая тебя.

КАДИДЖА. Это именно то, что надо.

ВАРДА. По мере того, как тебя будут забывать, ты будешь становиться все прекрасней… то есть, я хочу сказать, они будут тебя приукрашивать, чтобы забыть тебя…

МАТЬ. А я?

ВАРДА. Никто уже и не помнит, что ты жила на свете.

МАТЬ. Я выиграла.

III

Третья белая ширма страны Мертвых на верхнем этаже, справа. Французский солдат Пьер. Сидит на корточках, напевает, зевая.

ПЬЕР(поет).

Кондюк, Кондор! Да поможет тебе Небо Бубор, Кандок! Булонь, Кандор! Лагерь — Золотой Шатер.

Дальше говорит.

А осел посреди поля жует чертополох, Жует и жует мусульманскую траву. Я из Булони, из поля, убранного золотом. Кондюк, Кондор! Лагерь — Золотой Шатер! Я видел пальмы разных стран, Вагин искусственных уют, Что продавали они нам, Чтоб утолить любовный зуд.

Бордель едва освещен. Малика в одной руке держит пылающую спичку, другой словно ведет араба, Хусейна. Они неподвижны и молчаливы. С улицы раздается женский крик.

ГОЛОС. Позор!..Позор всем вам, шлюхи, мало того, что вы раздвигаете бедра, вы еще воркуете с нашими мужчинами! Позор!.. Позор!.. Бедная моя глотка, произнося эти слова, она сейчас треснет.

Произнеся в последний раз «позор», все остальное она выкрикивает в рыдании. Вдали звук шагов. Малика тихо ведет Хусейна к двери, т. е. к левой кулисе.

МАЛИКА(тихо). Эта еженощная песнь скоро стихнет. Иди… Будь осторожен! После всего, что я тебе показала, ты должен чувствовать себя слепцом. (Тихо смеется.) Ты не веришь в то, что это было на самом деле?

ХУСЕЙН. Замолчи, шлюха.

МАЛИКА(с улыбкой). На французском мое имя переводится как Королева. Если бы ты был хорошо воспитан, ты бы называл меня Мадемуазель Королева. И сказал бы мне спасибо за то, что на полтора часа благодаря мне ты потерял голову. Тебе стыдно? Потому что ты был счастлив.

ХУСЕЙН(угрожающе). Замолчи.

МАЛИКА. Ты сейчас на улице. Так постарайся стать как можно прозрачней и как можно тише проскользни к дому. Спокойной ночи, струйка мочи.