Читаем Песнь ножен полностью

— Ладно, расхождение во мнениях. Думаю, нам нужно прийти к какому-нибудь компромиссу. Давай договоримся: в нашей спальне, столовой и в гостиной ты — не королева. В конце концов, кузнец не подковывает лошадей в собственной гостиной, верно? Ты можешь быть королевой где угодно… — Солдат обвел рукой пространство, великодушно отдавая Лайане все королевство за стенами дворца. — Но в этих местах ты — моя жена. Как?

— Я буду королевой везде, где пожелаю. Такова моя воля.

— Неразумно! Вопиющее злоупотребление властью.

— Плевать!

Маскет в тревоге смотрел на них, пока оба не разразились смехом и не обнялись. Тогда он понял — это просто игра. Его новые родители поддевали друг друга. Затем, к неудовольствию Маскета, королева подошла к нему и крепко обняла. Мальчик не привык к подобному проявлению чувств. Он намеревался вникать в тонкости семейной жизни постепенно, а не кидаться с головой в омут.

От Лайаны пахло кремом, пудрой и еще чем-то непонятным, и паренек совсем смутился. Птицы не обнимают своих родителей, они проявляют нежность только во время любовных игр. Однако Маскет безропотно перенес эту процедуру и попытался найти в ситуации положительные стороны. Так или иначе, он был принят в семью.

— Ты корчился как угорь на сковородке! — укорила его мать. — Я чувствовала, как ты извиваешься. Привыкай. Когда у меня подходящее настроение, я обнимаю всех, кто попадается мне на глаза.

— Я… я привыкну… наверное.

— Разумеется, привыкнешь. А пока дай-ка мне на тебя посмотреть. — Лайана взяла мальчика за плечи и отодвинула от себя. — Он не так плох, если смириться с этими ужасными волосами, — ехидно сказала она. — Что ж, нам его не переделать. И не превратить обратно в ворона. Стало быть, надо сдать мальчика Дриссиле, дабы она его вымыла и приодела. Если кто-то и может сделать ребенка презентабельным, то только она. Думаю, его удастся отскрести щелочным мылом и пемзой.

Мальчик бросил на нее тревожный взгляд.

— Меня уже один раз мыли, одевали и делали презентабельным.

— Ну, мы повторим процедуру. На этот раз — более тщательно. Что ж, мой юный принц, как тебя зовут? Маскет? Итак, Маскет, принц Зэмерканда, что ты думаешь о своем новом доме?

— Я думаю, он очень мил, — сказал паренек, чуть не плача от счастья. — Я… я очень горжусь. Спасибо, мама. Спасибо, отец.

— Дриссила, — позвала Лайана. — Подойди сюда, пожалуйста.

Несколько секунд спустя горничная появилась в дверном проеме. Офао выглядывал у нее из-за плеча.

— Этот юноша — новый хозяин в доме. Позволь представить тебе нашего приемного сына. Мы с моим мужем очень гордимся им.

Дриссила, широко распахнув глаза, изумленно оглядела новоявленного принца.

— Да? — промолвила она с сомнением.

— Да, именно так. И за сорок восемь часов мы должны превратить его в юного аристократа. Полагаю, ты справишься. Не жалей мыла и не обращай внимания на слезы, крики и вопли. Поторопись. Время не ждет.

— Невозможно, — сказала Дриссила, удивленная таким поворотом событий, — но мы сделаем все, что в наших силах.

— Ты, Офао, научишь мальчика читать и писать. На это потребуется немного больше сорока восьми часов. Для начала расскажи ему несколько чудесных историй вроде сказок из «Тысячи и десяти ночей». Если ты его заинтересуешь, Маскет захочет научиться читать самостоятельно. Когда он обучится чтению, придет черед письма. Затем — математика, астрономия и навигация. Очень полезные предметы. Не повредят также навыки шитья и приготовления пищи. Молодой человек должен уметь позаботиться о себе без помощи слуг.

— Это все? — саркастично уточнил Офао. — Может, заодно прочитать ему курс лекций о жизни тараканов?

Глаза королевы сузились. Офао моментально посерьезнел, быстро поклонился и, к досаде Маскета, потрепал его по голове.

— Как прикажете, ваше величество. Я всегда полагал лучшим методом изучения арифметики зубрежку, особенно на пару с кожаным ремнем…

— Никаких побоев, Офао.

Офао сделал широкий жест.

— Ваше величество, как же иначе вбить знания ребенку в голову?

— Никаких побоев. Это приказ.

Маскет испуганно заморгал.

— Мама, я лопну от такого количества занятий…

— Если это произойдет, ты сошьешь себя обратно. Ведь Офао покажет тебе, как пользоваться иголкой. А теперь все свободны. Дриссила, не забудь накормить и напоить принца, он наверняка голоден. Мы с мужем поедим в гостиной, где я не имею королевской власти и не могу приказать ему есть салат.

Дриссила и Офао ушли вместе с мальчиком. Они уже привыкли к фривольности, с которой королева иногда выражала свои мысли.

Солдат и Лайана уселись обедать, обсуждая бытовые темы и наслаждаясь общением после долгой разлуки.

— Теперь, — сказал Солдат, пригубив вино, — перейдем к более серьезным вещам. Я добыл три предмета, которые нужны для возвращения тебе памяти. С твоего позволения завтра я устрою церемонию в храме.

— Ты преодолел неисчислимые опасности и множество бед, чтобы исцелить меня, любимый. Было бы черной неблагодарностью отвергнуть твою помощь. Однако меня мучают сомнения. Что, если вместе с памятью вернется ужасная болезнь?

— Жрецы уверяли меня, что этого не случится.

— Тогда действуй.