Читаем Песнь ножен полностью

— Драммонд не трус, и тебе это отлично известно. Вы неоднократно встречались с ним в битве. Он готов драться с тобой хоть завтра. Но некая неведомая сила не позволяет вам встретиться. Вы — два ключа к судьбе двух миров. Мира, из которого вы явились, и мира, в котором пребываете сейчас. И только один из ключей отомкнет замок будущего. Ты ли это, Солдат? Надеюсь, нет. Я молюсь богам и чародеям, чтобы это оказался Драммонд.

— Как ты узнал обо всем прежде меня? — воскликнул Солдат с болью в голосе. — Ты, марионетка, паук, сидящий на троне, будто в центре паутины. Человек, который лелеял свои амбиции, не выбираясь за стены Зэмерканда! А я столько путешествовал…

— А знаешь почему?

Солдат осекся.

— Что — почему?

— Почему ты столько путешествовал, идиот?

Солдат пропустил оскорбление мимо ушей.

— Полагаю, сейчас ты расскажешь. Кажется, ты знаешь обо мне все.

— Ты проклят. Ведьма, которую ты убил во время резни в клане Драммондов, наложила на тебя заклинание. Проклятие странствий. Каждый раз, как ты пытаешься осесть, завести семью, зажить спокойной, счастливой жизнью, что-нибудь обязательно случается. И тебе приходится отправляться в поход. Сначала ты пытался излечить уродство своей жены, потом — ее безумие. Теперь разыскиваешь ее память… До сих пор ничего не понял, чурбан? Ты вечно где-то болтаешься, шляешься по диким местам, не в силах познать радость мирной, тихой жизни… Ох, какой же ты дурак, Солдат. Я смеюсь над твоим невежеством. — Гумбольд опустил взгляд, посмотрев на руку Солдата. — Недавно ты справедливо предположил, что твой меч хранит утерянные воспоминания. Они влились в него, а уж потом втекли в твою руку — в яростном водовороте последней битвы в том приграничном королевстве, о котором ты говоришь. А уж оттуда память, заключенную в твой меч, забрали бегущие воды. Они принесли ее в место отдохновения потерянных мечей — подземное озеро.

— Как это возможно?

— Очень просто. Все воды всех миров тени, так или иначе, воссоединяются. Ручей впадает в реку, река в море, а море — часть океана. Течения влекут за собой самые разные предметы и оставляют их то тут, то там…

— Нет, не то. Как все это возможно? Постой-ка… Ты сказал «миры тени»?

— Ты никогда не ходил в школу, Солдат? И не беседовал надлежащим образом с нашими философами и жрецами? С людьми, которые знают все о царстве духов? Разумеется, нет! Ты воин, а не ученый. И не станешь терять время на призрачные теории об устройстве вселенной, верно? Вы, молодежь, все сплошь жуткие невежды. Те, кто жаждал знаний, отправились к мудрецам, задали им вопросы, выслушали ответы. Я, может быть, в твоих глазах и злодей, Солдат. Но у меня достаточно мозгов. Я образованный злодей.

— Ты хвастун. Однако давай послушаем твою историю.

— С тех пор как все мы оказались в западне этой реальности, я накрепко запомнил урок, который усвоил у жрецов. Существует только один мир; он подобен костру в пещере и, как огонь, отбрасывает тени на ее стены. Эти тени — тоже миры, но более тусклые и отличаются от своего прародителя. Неровная поверхность скалы, на которой они пляшут, искажает их очертания. Ты находишься в мире тени, Солдат.

— А мой старый мир, стало быть, настоящий! — выдохнул рыцарь.

Гумбольд ухмыльнулся.

— Ты еще более глуп, чем я думал. Разумеется, нет. Это тоже тень. Ты и я — всего лишь люди. Мы не можем жить в истинном мире. Он слишком ярок для наших глаз, слишком горяч для наших тел, слишком жесток для наших душ. Там мы бы ослепли, растаяли и испарились за несколько секунд. Даже семеро богов не сумеют в нем выжить, так что ж говорить об обычных смертных? Некоторые говорят: истинный мир — это рай, где обитают души. Другие полагают, что для людей он недостижим. Там обитают какие-то иные сущности, наслаждаясь чудесным светом и вечной радостью.

— У меня и сейчас есть свет и радость! — крикнул Солдат. Откровения, которые он выслушивал в убогой лесной хижине из уст презренного врага, повергли его в растерянность. Как же так? Гадкий человек, не стоящий грязи на когтях ворона, подлец, которого он ненавидел всей душой, просвещает его…

В отчаянии Солдат посмотрел на ворона, сидевшего, склонив голову набок, и слушал, слушал…

— Ты лжешь. Ты хочешь, чтобы я почувствовал себя слабым и уязвимым.

Гумбольд удивленно посмотрел на Солдата, и устало покачал головой.

А ворон произнес:

— Он говорит правду, Солдат.

Солдат резко обернулся к птице:

— Ты тоже знаешь обо всех этих вещах?

— Нет. Но я чувствую, когда человек лжет.