— Флаг перемирия и все такое…
— К черту флаг перемирия! Я бы зарубил его на месте.
— Именно поэтому он и дождался, пока ты уедешь, прежде чем высунуть нос из-за стен. Он говорит, что получит твою голову на блюде еще до конца года. Гумбольд, само собой, с ним не пошел — он слишком занят казнями гутрумцев. Если этот старый хрен продолжит в том же духе, то скоро в городе вообще никого не останется.
— Мы должны попасть в Зэмерканд, — пробурчал Солдат. — И непременно попадем, помяните мое слово. — Он подошел и слегка пнул Спэгга, чтобы разбудить его.
— А-а? — вскрикнул Спэгг, перекатываясь на спину. — Что стряслось?
— Пора готовить завтрак. Скоро придет By.
Голгат зашевелился и сел. Его взгляд упал на ворона.
— Эта чертова птица опять здесь?
— Да, спасибо за заботу, — отозвался ворон, передразнивая Солдата. — А ты как поживаешь, обалдуй?
— В один прекрасный день я ощиплю тебя живьем, пташка.
Голгат встал и пошел к ручью умываться. Когда Спэгг поднялся вверх по ручью, намереваясь справить нужду в ту же самую воду, протестующий рев Голгата едва не опрокинул его. Спэгг вернулся смущенный.
— Куда ж еще человек может сделать свое дело, — проворчал он, — если не в ручей?
— Если тебе надо облегчится, спустись ниже по течению, — сказал Солдат. — Но почему именно в ручей?
— Вообще-то нормально делать это в текущую воду.
Ворон сказал:
— Я погляжу, ты и твоя компания по-прежнему процветаете, Солдат. Все хорошо организовано и эффективно работает. Кто сказал, что ты варвар?… Ладно, я улетаю. Если ты меня не видишь, стало быть, никаких перемен не произошло. Если ты меня видишь — это не значит, что я принес плохие новости, но все равно — приготовься к ним.
И черная птица взмыла в небеса.
Через некоторое время в лагерь явился By.
— Теперь я пришел говорить. Мы ищем твой меч.
Он уселся на землю, скрестив ноги, и опустил голову.
— Тяжелая ночь? — спросил Солдат.
— Я плохо спал, — не стал скрывать воин. — Слишком много воя. Люди-собаки нервничать, когда поблизости люди. Они чувствовать вонь человеческого пота и дыхания. Это их беспокоит. Тогда By выпил йисип, чтобы заснуть, но только опьянел, а заснуть не смог.
— Это мы-то воняем? — пробормотал Спэгг. — Ну, ничего себе!
— Йисип? — переспросил Солдат.
— Перебродивший кактусовый сок, — объяснил Голгат. — Странно, что он вообще соображает после того, как выпил это дерьмо.
— Теперь, — перебил By, — к делу. Ты знать имя меча, который надо находить?
— Да. Кутрама. А вот здесь, у меня на поясе, — его ножны. Их имя Синтра.
— Хорошо. Именованный меч проще находить. Дай мне твои ножны, Солдат.
By протянул руку, но Солдат заколебался. Ему не хотелось отдавать чужаку дорогого друга — поющие ножны, которые столько раз спасали его от врагов. В конце концов, церемонно протянул ножны псоглавцу. By заметил это и он одобрительно кивнул.
— By понимает. Хорошо, что ты дорожить Синтрой. Эти ножны — верный друг своему хозяину. Хорошо, что ты обращаться с ними бережно. Теперь я возьму их в руки и получу из них песню.
— Они поют только для меня, — объяснил Солдат, — и лишь тогда, когда мне угрожает опасность. В такие моменты начинает звучать волшебный напев, слова которого никто не может поня… — Он осекся на полуслове, потому что ножны вдруг начали петь — тихую приглушенную песню, которую он никогда раньше не слышал.
Ножны лежали на ладонях By. Глаза его были закрыты, а лицо обращено к небу. Песнь ножен была лиричной и мелодичной, как и всегда, однако слова казались не такими чужими, как раньше. Солдат разобрал среди них одно или два. Он зачарованно смотрел на Синтру, которая слегка вибрировала во время пения. Казалось, By прислушивается к этому трепетанию не меньше, чем к словам. Неожиданно песня стихла, и псоглавец вернул ножны — так же бережно и осторожно, как они были переданы ему.
— Под Семью Пиками есть пещера, — сказал воин-пес. — В ней расположено подземное озеро. На дне ледяного озера лежать Кутрама…
— И что дальше?
— Тебе надо ехать туда, генерал.
— У меня есть вопрос к By, — сказал Голгат. — Почему ножны поведали именно тебе, где лежит меч? Тебе — а не одному из нас? Почему тебя называют искателем мечей? Какую силу ты имеешь над потерянными клинками?
Псоглавец вывалил язык набок, что у него и ему подобных обозначало улыбку.
— Мой отец быть путешественником и создателем мечей, а до того — его отец, а до того — его мать, а до того — ее мать. Все мои предки быть путешественники — мужчины и женщины, с тех пор, как семь богов сотворили мир из коровьего навоза и соломы. By имеет особое чувство мечей и их ножен. Они говорят с ним, как камень говорит с холмом или дерево — с землей у его корней. Они доверяют By найти их настоящих хозяев.
— С какой стати они доверяют псоглавцу? — спросил Спэгг, — Я бы не стал.
— Хватит! — рявкнул Солдат, бросив яростный взгляд на Спэгга. Затем он обернулся к By. — Прости этого грубияна. Он ничего не смыслит. У меня есть еще одна просьба: не согласишься ли ты пойти со мной — дабы забрать то, что принадлежит мне по праву?
By резко вскинул голову, его зрачки расширились от изумления.